Книга Требуется ходячее бедствие, страница 170 – Александра Логинова

— Ладно, идем, – буркнул он, открывая портал.

Лорд Янг широко ухмыльнулся, шагая следом. Наконец-то они останутся только вдвоем, и Винсент не сможет от него сбежать. Сегодня или никогда.

18 мая, 22:45 по Тенебрису, каморка при замковой библиотеке

Падма бродила от окна к двери и обратно, то и дело цепляясь тяжелой юбкой за углы железного стола. Раньше его использовали в лекарских целях для вскрытия, теперь пожаловали имуществу архива, и это имущество норовило разодрать торжественное платье мисс Косты. Бесстыдно выругавшись, девушка до боли стиснула кулаки.

Она здорово просчиталась с госпожой попаданкой. Сначала девица представилась ей истеричной и грубой особой, скрывающей заячий страх за требованиями и экзальтированными выходками. Таких дурочек Падма сполна повидала в академии. Но вскоре она заметила, что каждый следующий шаг мисс Фрол невозможно просчитать. Не только шаг, но и слово, и мысль! Вот она ругает на все лады саму графиню, а вот дает дельный совет, и Элианна слушает ее, заглядывая в рот. Сегодня Екарина скандалит с самой Падмой, а завтра внезапно поддержит ее, даже не думая обижаться до гробовой доски.

— Ека… Екат… Екатерина, – шепотом произнесла мисс, втянув голову в плечи. – Мисс Екатерина Фрол.

От суеверного страха онемел затылок и закололи кончики пальцев. Падма до дрожи боялась Тьму и тщательно это скрывала, прячась за насмешками и равнодушием к жертвам чертовщины. Впрочем, не было в замке человека, который бы совсем не боялся Тьмы.

Но самое ужасное было то, что, в отличие от Падмы, мисс Фрол абсолютно не стеснялась показывать свой страх. Она громко объявляла ненормальным каждого, кто закрывает глаза на бесчинство Тьмы или, тем более, толкает в ее смертельные объятия подневольных людей. И эта смелая, обличающая честность вызывала зависть.

— Я тоже не боюсь, – архивариус нервно облизала губы. – Не боюсь, не боюсь!

Завтра ее покровительница выйдет замуж, остепенится и, наконец, позволит Падме всерьез заняться собственной работой. Многие считают, что безродная мисс Коста сдохнет от зависти, увидев подругу-покровительницу в свадебном платье, но Падма довольно безразлично относилась к замужеству. Случится с ней такой курьез – и пусть. Подобрать себе хорошего супруга она сумеет, а искреннюю любовь слегка презирает за шлейф глупости.

— Госпожа, омовение скоро начнется, – в дверь постучала служанка.

— Я помню, – холодно откликнулась та.

Нет на свете вещи, которую Падма могла забыть. Память капканом ловила всю доступную информацию и намертво вколачивала ее в мысли, поэтому мисс частенько приходилось притворяться забывчивой. Удобно и так по-человечески.

«Человек ли я?» – спросила девушка себя, глядя на медную поверхность тарелки, заменяющей зеркало. Женщина ли? Имеет ли душу, способную сострадать другим, а не только тонуть в пучине едкой зависти и стыда за свое происхождение?

Однажды мисс Фрол обронила, что помощь другим начинается с помощи себе. Но что бы Падма ни делала, каждое утро в зеркальном отражении на нее глядело изуродованное ревностью лицо. Наверное, однажды она проснется монстром, принявшим свой истинный облик.

— Пусть так, – с внезапной злостью проговорила она. – Пусть я монстр, стерва, бездушная уродина. Но сегодня мне хватит смелости поступить как должно или никогда не найду покоя.