Книга Тебя никто не пощадит, страница 46 – Майарана Мистеру

— Именно, — кивнула я.

Мы проговорили ещё полчаса. Я осмотрела мастерскую за салоном, маленькое, тесное помещение с дистилляционным аппаратом из потемневшей меди, рядами флаконов на полках и рабочим столом, заваленным пробирками и мерными стаканчиками. Всё было старым, но чистым. Марга содержала своё рабочее место в порядке, какой бы бардак ни творился с финансами.

Риган тем временем засел в кладовке с книгой учёта товаров и инвентарной описью, сверяя записи с тем, что фактически стояло на полках. По его мрачнеющему лицу я понимала, что расхождения там были существенные.

Я вернулась в зал и стояла у витрины, разглядывая ряды парфюмерных флаконов, каждый с аккуратной этикеткой, написанной красивым почерком, когда колокольчик над дверью звякнул.

Я обернулась.

В дверном проёме стоял Дэйрон Драгмор.

Тот же тёмный камзол, та же застёжка с драконьим когтём на воротнике. Чёрные волосы чуть растрёпаны ветром, на скуле свежая царапина, будто он только что с ристалища или утренней тренировки. Он шагнул через порог, и салон, и без того небольшой, мгновенно стал теснее. Присутствие Дэйрона ощущалось физически, словно он принес с собой тяжесть целой армии. Он подчинял себе крошечное помещение абсолютно тихо и полностью, с привычкой властного человека, отдающего приказы одним лишь поворотом головы.

Он заметил меня сразу. Коротко кивнул, я присела в реверансе. Никаких слов, и слава богу, потому что в этот раз у меня их просто не было.

Дэйрон прошёл к витрине с флаконами. Остановился перед рядом парфюмов и стал изучать этикетки, чуть склонив голову.

— Мне нужен подарок, — сказал он, то ли мне, то ли Марге, которая уже стояла за прилавком, выпрямившись, с выражением лёгкого благоговения на лице. Тень императора в её салоне. Такого клиента она могла себе представить, наверное, только в сладких снах.

— Для кого, если позволите? — спросила Марга, мгновенно переключившись в рабочий режим. — Леди? Возраст, характер, предпочтения?

Подарок. Для женщины. Почему-то от этих слов у меня где-то под рёбрами шевельнулось что-то мелкое, колючее и абсолютно неуместное. Я стиснула зубы и отвернулась к витрине, делая вид, что рассматриваю этикетки.

— Женщина, — ответил Дэйрон. — Сдержанная. Практичная. Цветочные ароматы, скорее всего, отвергнет.

Марга кивнула и принялась снимать с полки флаконы, выстраивая их на прилавке. Она открывала пробки, подносила к полоскам бумаги, протягивала Дэйрону. Он нюхал каждую с тем же непроницаемым лицом, отклоняя одну за другой коротким покачиванием головы.

Я стояла у витрины и смотрела в стекло, в котором отражался его силуэт: широкие плечи, прямая спина, склонённая к очередному флакону тёмная голова. Сдержанная. Практичная. Кто-то конкретный. Кто-то, чьи вкусы он знал достаточно хорошо, чтобы описать их тремя словами.

Какое мне, собственно, дело?

Никакого. Абсолютно никакого. Я убила этого человека кинжалом в сердце, и единственное чувство, которое я имела право к нему испытывать, была вина. Всё остальное было роскошью, которую я позволить себе никак не могла.

— Вот это, — сказал Дэйрон, задержав бумажную полоску у лица чуть дольше обычного. — Подойдёт.

Марга завернула флакон, назвала цену, и я краем глаза увидела, как тяжёлая золотая монета легла на прилавок. Дэйрон убрал свёрток во внутренний карман камзола и повернулся к выходу.