Книга Тебя никто не спасет, страница 30 – Майарана Мистеру

Но я отогнала эти мысли. Мелисса старается. Она единственная, кто старается. А я просто схожу с ума от одиночества и становлюсь подозрительной, как старая дева.

— Спасибо, Лисса, — сказала я, принимая чашку. — Я не знаю, что бы я без тебя делала.

— Пропала бы, — весело отозвалась она, подмигивая. — Но я не дам тебе пропасть. Пей. Твой любимый сбор, он поможет тебе не думать о глупостях.

Я сделала глоток, и привычное, теплое спокойствие начало разливаться по венам, заглушая стыд и ревность. С Мелиссой всё будет хорошо. Она всё исправит.

Стены комнаты давили на меня, как крышка гроба. Несмотря на приказ Кейрана не показываться на глаза, мне нужно было глотнуть воздуха, иначе я рисковала просто задохнуться от собственной тоски и запаха лаванды, которым пропитались подушки.

Я, как обычно, выбрала самый дальний, заброшенный угол парка, где старые ели сплетались ветвями, образуя темный зеленый тоннель. Мелисса говорила, что братья никогда сюда не ходят.

Она ошиблась.

Я заметила его слишком поздно. Рейнар стоял у полуразрушенной каменной беседки, счищая ножом кору с ветки. Он был без мундира, в простой рубашке с закатанными рукавами, и выглядел так, словно этот дикий угол парка был его естественной средой обитания.

Я замерла, собираясь бесшумно отступить, но под ногой предательски хрустнула сухая ветка.

Рейнар мгновенно поднял голову. Увидев меня, его лицо осталось пугающе спокойным.

— Гуляете, леди Эстелла? — спросил он, продолжая вертеть в руках нож. — Я думал, Кейран велел вам не высовываться.

— Я не пленница, генерал, — ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Я имею право дышать воздухом. К тому же, Мелисса сказала, что здесь никого не бывает.

При упоминании имени сестры его взгляд на мгновение смягчился, но тут же снова стал колючим, когда он посмотрел на меня.

— Мелисса… — он покачал головой. — Удивительно, как в одной семье могли вырасти два настолько разных существа. Она — как чистый ручей, а вы…

Он замолчал, но я не выдержала.

— А я?

— А вам до сестры так же далеко, как до Южного континента пешком, — бросил он равнодушно, возвращаясь к своему занятию. — Вы только и умеете, что требовать и ломать. Пустое место, которое возомнило себя центром мира.

Эти слова ударили меня наотмашь. Боль обожгла грудь, но привычка, вбитая годами воспитания, сработала быстрее разума. Я выпрямилась, вздернула подбородок и высокомерно посмотрела на него. Так учила меня наша гувернантка.

«Когда смотришь на людей свысока, они невольно ищут в себе изъяны»

— Вы можете оскорблять меня сколько угодно, Рейнар, — процедила я ледяным тоном. — Но это говорит лишь о вашем дурном воспитании. Видимо, жизнь в казармах окончательно вытравила из вас понятие о том, как джентльмен должен разговаривать с леди.

Рейнар медленно отложил ветку. Он шагнул ко мне. Один шаг. Второй. Воздух между нами сгустился, стал тяжелым и горячим. Он ничего не сказал, но посмотрел на меня так, что у меня перехватило дыхание. Это был не просто гнев. Это была тьма. Глубокая, древняя, хищная тьма, которая смотрела на меня из его расширившихся зрачков. Я физически ощутила угрозу — не как мысль, а как холодное лезвие у горла. Мне показалось, что если я сделаю еще хоть один вдох, он просто разорвет меня на части.