Книга Три Ножа и Проклятый принц, страница 92 – Екатерина Ферез

Когда Мэлли вышел, принц принялся ходить по комнате кругами, то и дело насторожено прислушиваясь к чему-то. Выглянул в окно. Остановился у высокого напольного зеркала в золоченой раме. Юри на мгновение испугалась, что он сможет заметить ее бесплодный дух, случайно пойманный серебряной амальгамой. Не мигая, принц смотрел на свое отражение, не отводя взгляда от собственных глаз, словно хотел сам себя околдовать. Он подошел ближе и на зеркальной глади появился влажный след его дыхания. Откуда-то издалека долетел протяжный звон большого колокола, сложившийся в простую, но красивую мелодию.

— Пора, я смогу, смогу, – прошептал принц.

Он сел у окна, сбросил халат с левого плеча. Достал из-под кушетки маленькие песочные часы, поставил перед собой. Обнаженную руку выставил в окно, в правой, дрожащей, сжимал маленький нож. Красивое лицо исказила гримаса, на лбу выступили капли пота, сквозь стиснутые зубы прорывалось тихое рычание. Песок сыпался, правая рука принца дрожала, вены на его шее вздулись от напряжения. Он снова перевернул часы и взялся за клинок. На этот раз дрожь в руке стала меньше. Тихий вздох слетел с его губ, он улыбнулся совершенно счастливо и полоснул лезвием по коже. Юри сразу же ощутила знакомый чудесный аромат, мгновенно заполнивший комнату. Кровь потекла по руке, и капли падали из окна вниз на барельеф из розового шулимского мрамора.

Принц сидел с блаженной улыбкой, выставив окровавленную руку за окно, когда двери распахнулись и в комнату вошли три, похожие друг на друга как сестры, белокурые высокие красавицы в длинных светлых платьях с вышитыми драконами на спинах.

— О, повелитель! – воскликнула та, что шла первой с подносом, полным фруктов.

— Повелитель, вы снова это сделали! – закричала вторая, с огромным куском запеченного мяса на блюде.

— Повелитель, как же вы можете ранить такое прекрасное тело? – почти плача, спросила третья с башней из нескольких шкатулок в руках.

— Умоляю, умоляю, порежьте лучше нас, повелитель! Ведь ваше совершенное тело сокровище Карилара! – взмолилась первая, опуская свою ношу на стол и протягивая принцу запястья.

— Да, повелитель, просим вас, умоляем, лучше нас! – вторили ей остальные, едва сдерживая слезы.

— Немедленно перестаньте причитать, – приказал принц, – Трил, дай мне перо и тетрадь, что лежат в ящике стола.

Одна из девушек, самая высокая и самая длинноволосая, подала ему тетрадь в переплете из белой кожи и перо с тонким золотым острием. Принц обмакнул его в собственную кровь и сделал запись из нескольких цифр, добавив их к столбцам, уже почти заполнившим страницу.

— На этот раз я свободен через 28 часов… Все лучше и лучше. Трил, смойте кровь и держите языки за зубами.

— Повелитель, мы никому не скажем, умоляем пощадите, пощадите…

— Хватит разговоров, принимайтесь за дело.

Юри недоумевала, почему ей снится такой странный сон. Может быть, она сама недавно порезалась? Ей стало казаться, что она чувствует совсем свежий порез на левой руке. Но не могла вспомнить, как именно это случилось… Порез как-то связан с матушкой…

Стоило подумать о матери, как жаркий темный вихрь подхватил ее, и через мгновение она оказалась в совсем другом месте – вместо залитой светом спальни, в круглом зале с высоким куполом потолка и стенами из красного мрамора. На покрытый мозаикой пол сквозь стрельчатые окна падал свет заходящего солнца. Посередине зала стоял вырезанный из черного камня длинный стол, уставленный кувшинами из разноцветного стекла и подносами с фруктами. Во главе стола в кресле, высокую спинку которого украшал дракон – символ могущества дома Саркани, сидела женщина в темно красном платье с широкими рукавами. Яркая желтая птичка с длинным пестрым хвостиком устроилась у нее на запястье и чирикала звонким голоском: