Книга Три Ножа и Проклятый принц, страница 72 – Екатерина Ферез

Рем поморщился и вернулся на прежнее место у кормы.

— Еще раз меня тронешь, наши пути расходятся. Понял, что сказала?

— Я понял. Только вот ты, кажется, совсем не понимаешь, что такое гроттенский табак… А если понимаешь, и все равно куришь, то нам и правда, стоит разойтись.

— И что же это такое, просвети меня скорее, самый умный на свете лари?

— Хорошо, слушай. Ты конечно знаешь, что государство Гроттен основано на том, что его граждане, сыновья и дочери Патриарха, свободны, а все прочие люди – рабы, такие же бесправные, как коровы или свиньи.

Юри слышала, что где-то через океан от Ислы есть страна, где людей продают и покупают, как скот. Но она никогда особо не задумывалась о том, что это значит.

— Рабов в Гроттене куда больше, чем свободных граждан. И чтобы держать их в узде, нужен гроттенский табак или как они называют его – ккикхмат кхилитт, что значит «сладкий кнут». Чтобы сделать его нужна пыльца цветка, который растет только высоко в горах на западе Гроттена. Мы не знаем точно, что это за цветок, как он выглядит и где его искать. Известно лишь, что он ценней любого другого цветка на свете. Так вот ккикхмат кхилитт способен одурманить разум, подавить волю и воображение. Через несколько лет рабы, что дышат этим ядовитым дымом, полностью утрачивают способность мыслить самостоятельно. Они живут только чувствами, не осознают собственных интересов и стремлений. Они слепо верят каждому слову хозяина и полностью покорны ему. Все, что им нужно – это ккикхмат кхилитт. Однажды я видел, как хозяин ударил несколько раз в шалишим, приказал рабу оскопить самого себя и дал ему нож в руки. Тот повиновался без малейшего раздумья, со спокойной решимостью искалечил себя и с поклоном вернул оружие хозяину.

Юри замерла, в ужасе от услышанного. Она не знала, что больше напугало ее – судьба несчастного раба или таинственное слово «шалишим», от которого мурашки бежали по коже.

— Да ну не может быть… – прошептала она, – Откуда ты знаешь, что я курила именно такой табак?

— Мне хорошо известен его запах.

— Но я ничего такого не чувствовала, просто немного веселей на душе, как будто ни тревог, ни забот… А ты точно уверен, что это то самое зелье?

— Уверен. Я потерял… потерял дорогого мне человека из-за проклятого гроттенского табака. Так что да, я уверен.

Рем отвернулся и долго смотрел на темную воду Реки. Юри достала кисет с остатками табака, который перестал быть таким уж веселым, понюхала и вытряхнула в воду все без остатка.

* * *

На рассвете, оставив лодку качаться на сонной воде, они выбрались на берег неподалеку от Малой заставы – круглого строения из красного мшистого кирпича с пятью узкими бойницами. Рядом стояли на приколе две небольшие парусные лодки с пучеглазыми львиными мордами на флагах. Из башни долетал запах очага, и Юри подумала, что тут на болотах живет не так уж много людей, может статься, что до самого Храма им не встретиться ни одна живая душа. Рем шел позади, и она почти не слышала его шагов, потому иногда оборачивалась проверить, все ли в порядке. По пути Юри насобирала полный котелок боровиков, а когда показала свою добычу Рему, выяснилось, что он никогда прежде не видел грибов. Теперь он всюду искал их, но находил только ядовитые – мухоморы и бледные поганки.