Книга Три Ножа и Проклятый принц, страница 102 – Екатерина Ферез

Приглядевшись она увидела какие-то фигуры, прячущиеся за колоннами, и поняла, что Рем хочет отрезать их от входа в боковой туннель и вынудить бежать или в сторону пещеры с озером или прямо на Юри. Она достала ножи, готовая в любую минуту укоротить пару высоких шапок.

На ковре из мерцающих сиреневых осколков темнела цепочка следов. Юри вглядывалась в полутьму, стараясь разглядеть хоть что-то кроме смутных теней, мечущихся меж колонн. Она слышала, как Рем угрожает жрецам расправой, обещает откусить им головы и уничтожить это место, и думала, всерьез ли он говорит все это или просто пугает.

«Конечно, всерьез! Какой смысл угрожать тем, что не сможешь сделать?» – услышала она ответ. Даже мысленный голос принца звучал до того самодовольно, что скулы сводило.

Юри простояла с ножами наготове, пока не поняла, что звуки шагов стихли и не слышно ни криков, ни даже шорохов. От такой тишины внутри все захолодело. Вокруг стало совсем темно, потому пришлось убрать один из ножей и достать из кармана добытый накануне люмис.

«Эй, Рем, ты куда запропастился-то?»

— Эй, Рем! Где ты делся? – крикнула Юри, и ее слова размножило гулкое эхо.

Она замерла в замешательстве, раздумывая, как следует поступить. Отправится искать Кошака или без него искать выход из проклятого подземелья? Может быть, получиться протиснуться через прутья решетки, преграждающей путь в одном из ведущих вверх коридоров? Вздор! Конечно, она не сможет бросить его здесь одного… Юри выругалась и пошла вдоль уже едва различимой цепочки следов между рядами колонн. Оказалось, что жрецы, если это были они, бегали кругами, и кажется, разделились на две группы. Одна часть следов вела в сторону пещеры с озером, другая к боковому туннелю. Среди следов были глубокие и крупные, по всей видимости принадлежащие высокому мужчине в хороших сапогах. Юри вздохнула, подняла повыше люмис и шагнула в темноту туннеля. На полу поблескивали мелкие сиреневые осколки, принесенные сюда на подошвах беглецами и преследователем.

— Эй! Рем! Ты тут? – крикнула она, и снова ничего кроме эха в ответ не услышала.

Юри чувствовала, что пол имеет заметный уклон вниз, и это ей совсем не понравилось. Она шла, одной рукой крепко сжимая люмис, другой – нож с черной рукоятью. С каждым шагом становилось все прохладнее. Стены поблескивали от влаги, а в воздухе ощущался совсем слабый, но отчетливый запах серы.

«Эй, Рем, ты где?» – думала она, – «Кошак, пожалуйста, отзовись, тут так жутко…»

Преодолев очередной изгиб туннеля, Юри увидела впереди знакомое мерцание люмиса.

Пол небольшого круглого зала, освещенного несколькими крупными кристаллами, покрывали орнаменты из черных спиралей. Камни потрескались и раскрошились от времени. Мозаика из крохотных кусочков смальты осыпалась со стен почти полностью. Повисла в воздухе одинокая рука, сжимающая меч, а перед ней застыл на коленях мужчина с кровоточащим отверстием в груди. Его лицо было обращено вверх, но от того, на кого он смотрел в свой последний миг не осталось ничего кроме края плаща и босой ноги. Юри не сразу заметила, что ногу обвивает черная змейка с красными глазками. И точно такая же, едва различимая в складках одежды, ползет по груди умирающего.

Юри обошла зал по кругу и обнаружила четыре темных коридора. В одном из них на полу, указывая направление, сияло несколько крохотных песчинок. Она устремилась туда почти бегом. Ее гнал вперед жгучий страх навечно застрять в одиночестве в здешней каменной тесноте.