Книга Три Ножа и Проклятый Зверь, страница 28 – Екатерина Ферез

— Три Ножа, пьяная ведьма, кольцо, мазур гирин, правда, — произнес Арри, — Вот, что я услышал и запомнил. Простите меня, госпожа Рада. Для вашего внука было очень важно, чтобы я передал вам эти слова, хоть в них и нет смысла.

Услышав свое имя, Юри поняла, что послание предназначалось вовсе не Раде. Если я не выберусь, возьми мое кольцо и отправляйся на корабле Дин Рабата в Карилар, найди Мазура Кар-Гирина и расскажи ему правду о том, что со мной произошло, — вот что передал ей Рем. «Леща тебе в рыло!» — подумала Юри, — «Леща тебе в рыло, если сам не выйдешь, пойду и вытащу тебя. Даже не надейся, недоумок, тебе так просто от меня не отделаться».

Когда за Арри закрылась дверь, Рада спросила:

— Ты поняла, что он передал?

Юри кивнула.

— Почему он слышал голоса? Мэлли мертв, как он может быть тут в Лабиринте? — спросила она встревоженно.

— Призрак, быть может. Скорее всего, лишь тени и наваждения. Лабиринт хранит свои секреты. Не знаю, не знаю…

— А может быть, эта женщина, с которой он говорил, а может это быть моя Маришка?

— Ох, детка, я не знаю. Но вот что я тебе скажу точно — тебе нельзя идти в Лабиринт, слышишь? Ты там погибнешь. Пообещай мне, что даже думать не будешь о том, чтобы идти туда!

* * *

Уже сгущались сумерки, когда в дом явились один за другим четверо старших. Пришли они тайком, без красных мантий, пряча лица под капюшонами темных плащей. Юри отослали в дальнюю комнату и велели сидеть тихо, но она и не думала подчиняться. Перелезла через подоконник и, обойдя дом, устроилась под окном кухни и прислушалась. Разговор шел на повышенных тонах. Гости, перебивая друг друга, обрушивали на Раду каскад обвинений и упреков. Из их сбивчивых, полных гнева и страха слов, было ясно, что они до смерти бояться Рубо Червона. Потому что Повелитель торров, хоть Рада и признала Ремуша своим внуком, называл его не иначе как самозванцем и требовал изгнать из Пенторра, как любого заморца, а тем более проклятого солнцепоклонника лари. Четверо старших поддержали Раду и настояли на праве Ремуша пройти испытания и занять свое место среди торров. Теперь же, когда их надежды на то, что среди правящих тотто появится наследник великих лунных тигров угасали с каждом минутой, они тряслись от страха за собственное будущее. Теперь они готовы были с легкостью отречься от своих слов, да вот только боялись, что уже слишком поздно.

— Ты должна признать свою ошибку, — кричал самый молодой из них, потирая намечающуюся бородку, — Ты должна, отречься от самозванца и убедить Рубо, что искренне сожалеешь!

— Рубо не станет ее слушать! — возразил хмурый старец дребезжащим нетвердым голосом.

— Рубо уже очень давно мечтает вновь унизить ее, так что надо просто дать ему возможность как следует насладиться этим, — степенно произнес гость с самой длинной бородой.

— Рубо злопамятен, как валдак! — воскликнул четвертый, заламывая руки, — Думаете, он забудет про нас? В лучшем случае будем до самой смерти собирать налоги с крестьян в окрестностях вонючего Торргана!

— Трусы шелудивые, — сказала Рада со злостью, — Боитесь старого осла Рубо, вместо того, чтобы беспокоиться о подонке Миро! Разве не видите, каков он? Разве не замечаете, как растет его влияние? Не хотите замечать, его жестокости? А если среди его детей окажутся тотто? Не боитесь, что с вами станет, когда Миро возьмет копье? И когда его поганые выродки шакалата окажутся рядом с вами в Совете?