Книга Корона клинков, страница 215 – Елизавета Берестова

— Хватил! То заговор, а мы всего лишь хотим изготовить копию короны. За это не судят.

— Нас никто и не станет судить. В худшем случае нам подсыпят яду или удавят по-тихому. А наутро с прискорбием сообщат о твоей безвременной кончине от давнишнего скрытого недуга или несчастного случая. Ел, мол, их высочество персик и подавился случайно косточкой насмерть. Меня же и вовсе вспоминать не станут, зароют где-нибудь, и дело с концом.

— Нет, — горячо возразил принц, — дядя не станет меня убивать. Я ему выгоден. Убери он меня, начнётся смута, если не гражданская война, и его консульство окажется под вопросом. Так что за свою жизнь я спокоен.

— Допустим, ты прав, — обдумав возражения друга, согласился Виго, — но есть и другие препятствия: например, каким образом нам удастся заменить одну корону на другую? Первый консул не даст тебе просто так ключ от заветной комнаты.

Аурон закивал, понимая, что получить ключ со связки Флорестана будет нечеловечески сложно, если возможно вообще.

— Даже если мы попадём в комнату, — принц сощурился, прикидывая варианты, — например, воспользуемся отмычкой или сделаем второй ключ, — я не рискну взять Корону клинков в руки. Можно будет подцепить её чем-нибудь, стащить с подушечки и в мешок. После под замок в сундук с толстыми стенками. А там пускай себе клинки вылазят, сколь им угодно.

— Я тут подумал, — фаворит потёр смуглую щёку с аккуратно отращённой щетиной, — магия, она, брат ты мой, — такая штука, что голыми руками не возьмешь. — И видя, что Аурон готов возразить, сказал: — ты слыхал про случай с заговорённым кольцом?

— Нет, — Аурон скептически скривил рот, — не по чину мне городские сплетни собирать.

— Во-первых, это — не сплетни, а во-вторых, в Лероне два года назад все об том заклинании на верность только и говорили. — Он отхлебнул вина, и, истолковав молчание Аурона как интерес, продолжил: — у одного вельможи, и весьма влиятельного, в Лероне был нежный друг, — Виго многозначительно посмотрел на принца, — сладкоголосый красавец-менестрель. Вельможа был от него буквально без ума и жутко ревновал. Случилось так, что ему пришлось по делам отбыть в столицу. Вельможа разрывался между нежеланием расставаться с любимым (взять его он в поездку, естественно не мог, потому, как твой покойный батюшка сильно не любил нашего брата) и долгом. Помучился вельможа, поворочался ночь с боку на бок, а на утро отправился к чародею. Тот по просьбе вельможи изготовил кольцо верности.

Аурон даже рот приоткрыл.

— Сам я, естественно, то кольцо не видел, — небрежно заметил Виго, — но люди сказывали, будто получился у чародея сказочной красоты перстень с львиной мордой. Вместо глаз у зверя сверкали бриллианты. Менестрель пришёл в восторг от драгоценного подарка и обещал никогда не расставаться с ним. Он даже не подозревал, что на изящную безделушку наложено сильное заклятие верности. Вельможа укатил в Рию, а его сердечный друг отправился к бабёнке.

— К бабёнке! — охнул принц-регент, на лице которого отразилось неприкрытое отвращение.

— Да, Аури, бард только из выгоды встречался со своим патроном, а для души и тела посещал девицу на стороне.

— И что? — спросил Аурон.

— А то, что поёт теперь красавец-менестрель в Храме всех богов тонким голосом. Потому что в ответственный момент заколдованное кольцо чудом оказалось в другом месте, и золотой зверь откусил парню сокровенное.