Книга Корона клинков, страница 19 – Елизавета Берестова

— Как насчёт развлечения для настоящих мужиков? — подмигнув, спросил он. — Кинем по маленькой?

— Отчего же по маленькой? — в тон ему ответил капитан, — малые деньги — азарт малый. Все мы здесь люди не нищие, а потому и банк надо организовать стоящий.

— Идёт, — согласился Осокорь, — ведь и вы, господин Меллорн, не откажитесь составить нам компанию?

Брэк подумал, что скучающему столичному жителю не пристало отказываться от обычного дорожного развлечения, поэтому он изобразил на лице улыбку и согласился.

— Вот только кто составит пару господину Меллорну? — обеспокоенно сказал капитан. Он уже определил себе в партнёры Осокоря, партия обещала быть перспективной, и ему очень не хотелось, чтобы она сорвалась. — Первый помощник не в счёт, — вслух рассуждал он, — парень имеет какие-то религиозные взгляды, которые не вяжутся с азартными играми. Боцман — бессовестный шельма, с ним за стол лучше не садиться…

Торки только этого и ждал.

— Ежели вашим милостям не зазорно будет сидеть со мной за одним столом, я бы очень хотел испытать удачу с этими красивенькими кусочками картона.

Фавн обманчиво неуклюжим жестом взял из рук Осокоря карты. При этом две или три выпорхнули из колоды. Парень поднял их и принялся с вниманием рассматривать искусно выполненные рисунки. Осокорь скептически покачал головой.

— Ты, Дурында, хоть представляешь себе, как играют в карты?

— Видал, а то, как же! Когда мой господин в казино ходил, я при нём был, кошель с деньгами держал. Потом ещё в Рие, на скотном рынке. Тогда у меня половина выручки за барашков как-то сама собой проигралась.

Он развёл большими руками со столь искренним недоумением, что все присутствующие невольно улыбнулись.

— Опосля тятенька долго меня уму-разуму учил, лопату о мою спину сломал, в смысле, черенок. И приговаривал при этом: «Не зная броду, не суйся в воду!»

— А ты, выходит, решил отцовский наказ нарушить, — одобрительно спросил капитан, — послать, так сказать, мнение старика куда подальше?

— Ага. В жизни всякое испытать охота. Вдруг во мне талант сокрыт насчёт игорного дела.

— Новичкам и правда нередко везёт, — заметил Осокорь, вполне профессионально тасуя колоду. — Коли у тебя в кармане звенят деньжата, и твой господин не станет возражать, я не вижу причины, отказываться от твоей компании.

— Господин Меллорн, сударь, — заканючил Торки, — дозвольте мне спробовать! Когда ещё выпадет счастье поиграть с благородными господами!

— Я тебе не отец, Дурында, — чуть запнувшись на имени, произнёс Этан Брэк, — коли есть охота просаживать только что полученное жалование, пожалуйста. Ты — вполне взрослый человек, поэтому распоряжаешься и собой, и своими деньгами сам.

Фавн изобразил на лице ликование и подсел к столу. Эльфу никогда раньше не доводилось наблюдать, как Торки обставляет в карты незадачливых простаков. И теперь он с интересом ждал, как будут развиваться события.

Тем временем Осокорь залихватски перетасовал колоду, и партия началась. Торки ёрзал на месте, прикрывал свободной рукой свои карты и придурковато осведомлялся, каков нынче козырь. В тот вечер переменчивая фортуна (эльф подозревал, не без участия фавна) во всей красе показала свой капризный нрав. Пока ставки росли, она явно благоволила к паре Осокорь-капитан. Но когда горка монет на столе стала напоминать дневную выручку процветающей лавки, и капитан «Ночной птицы», поблёскивая глазами, вторично отомкнул свой сундучок, ветреная богиня удачи решила сменить фаворитов.