Книга Кровавая ария, страница 57 – Елизавета Берестова

— Просто я перебрала с магией, — смутившись собственного вида, проговорила Рика, — надеялась прямо ночью подсоединиться к соглядатаю и увидеть всё собственными глазами в реальном времени.

— И, судя по вашему плачевному состоянию, вы потерпели фиаско.

— Не смейтесь, возможно, подобное вообще невозможно было сделать.

— Даже в мыслях не имел смеяться, — покачал головой коррехидор, — наливая кофе, — я, если честно, скорее уж испугался. Подумал, вдруг вы заболели.

— Нет, просто черпанула слишком много духовной силы из внутренних источников.

— Что нужно, чтобы восстановиться? – Вил пододвинул чародейке тарелку с её любимыми пирожными из запечённых взбитых белков, — вы завтракали?

— Нет, — Рика скривилась, — её выворачивало от одного вида сладкого, — чтобы прийти в себя, мне нужно было отдохнуть, но я от перевозбуждения сделать этого не смогла.

Коррехидор задумчиво поболтал ложечкой в своей чашке.

— Значит так, — он посмотрел на девушку, — сейчас мы отправимся лечить вас от магического похмелья, и даже не пытайтесь мне возражать. Потом вы хорошенько выспитесь. Вечером мы ужинаем, а после двенадцати полезем в трюм сцены, поглядим, что за ритуалы творятся в камидане.

— Почему ночью? – удивилась Рика, — кто нас туда пустит после закрытия театра?

— Сторож. В любой организации имеется ночной сторож. Хотел бы я посмотреть, как он не пустит внутрь древесно-рождённого лорда, да ещё и верховного коррехидора Кленфилда в придачу. А ночь нам необходима для свободы действий. Вы заметили, что Сайн практически не выпускал нас из виду?

Рика кивнула. Администратор не единожды неожиданно возникал на их пути и вроде бы из добрых побуждений сопровождал.

— Благодаря Тураде мы узнали, что под театром есть или по крайней мере были катакомбы, о величине и глубине коих никакой информации не сохранилось. Мне почему-то кажется, что нечто, угнездившееся в театре, та самая пресловутая театральная беда, обосновалась именно в подземелье. Подумайте сами, разве днём у нас будет возможность беспрепятственно проникнуть туда и познакомиться с бедой? Не беря во внимание, что беду сию нужно будет нейтрализовать или уничтожить. Такое лучше проделывать без лишних свидетелей.

Рассуждения коррехидора были не лишены смысла.

— Успеете восстановить силы к ночи?

— Полагаю, что да, если, конечно, заснуть смогу.

— Сможете, я вам гарантирую, — пообещал Вил.

Он привёз чародейку к себе. У неё не было ни сил, ни желания противиться этому. С одной стороны её одолевала тошнотворная усталость, а с другой – буквально трясло от охватившего после неудачной волшбы возбуждения.

— Я понимаю, ваша бабушка справилась бы с проблемой гораздо проще, но мы с Фибсом тоже постараемся, — улыбнулся Вил.

Фибс – личный камердинер, а в прошлом – воспитатель Вилохэда и ещё троих старших мальчиков Окку всегда прекрасно относился к Рике. Теперь же, увидев чародейку в несколько плачевном состоянии, он закудахтал, подобно наседке, принялся пристраивать девушку в самые удобные места в гостиной, не осмеливаясь спросить, что случилось.

Вил что-то сказал ему на ухо, тот кивал и с удивительной для его почтенного возраста резвостью удалился.

— Не беспокойтесь, — Вил похлопал девушку по руке, — однажды я перебрал спиртного в обществе моего дядюшки Джека, и Фибс великолепно справился с последствиями этого позорного деяния. Вы также перебрали маны. Полагаю, средства, что помогли мне, окажутся действенными и в вашем случае.