Книга Проклятие пикси, страница 44 – Елизавета Берестова

— Ты видела? — воскликнула она, хватаясь за сердце, — видела?

— Видела что? — компаньонка уже успела поставить столик и на коленях собирала рассыпанные камешки алфавита.

— Ты видела, что выпало мне в игре?

— Мадам, я видела только множество различных артанских букв, на которые вы смотрели так, будто увидели приведение.

— Там было слово, словно снова и снова собирающееся волшебным образом. Ты успела его прочесть? — графиня присела рядом с Мией и с надеждой заглядывала ей в глаза, — там было слово "пикси".

— Боюсь, что нет, госпожа, — она встала, помогла подняться леди Элеонор и аккуратно отряхнула юбку, — с вашей стороны разные буквы, и ни в какое слово они не собирались. Буквы вообще не могут двигаться сами. Это мы складываем из них слова.

Компаньонка заботливо усадила леди Элеонор в кресло.

— Вам просто показалось, вы слишком напрягли глаза, устали, попались похожие буквы. Вы ведь не думаете, будто злокозненные маленькие человечки, чьё название я даже не хочу произносить вслух, сейчас здесь, рядом с нами?

Мия Такеру сделала большие глаза, оглянулась с преувеличенным испугом, чтобы продемонстрировать всю абсурдность подобного предположения. Графиня же закрыла лицо руками, попытка обратить происходящее в шутку только ухудшило положение.

— Давайте-ка я схожу за чаем, — девушка сделала несколько шагов к двери, — порция мёда и пара ложек бренди вам совсем не повредят

— Пожалуйста, не задерживайся, будь любезна, — слабым голосом попросила графиня.

На кухне Сэра наводила порядок. Увидев на пороге компаньонку, она весьма недружелюбно поинтересовалась, что та тут забыла в такой час.

— Госпоже графине нехорошо, — с ледяным спокойствием ответила Мия, — изволь приготовить большой бокал жареного чая с мёдом и бренди не жалей.

— Знаю без сопливых, — пробормотала кухарка, снимая кипящий чайник с плиты, — побольше твово хозяйке служу, все еёшние вкусы знаю. Бреди накой — нешто простыла? Тогда к мёду я ещё имбирь потру.

— Делай, как велено, — Мия следила за каждым движением кухарки, — решать предоставь другим. Госпожа графиня вовсе не больна в привычном значении этого слова. Ей снова пикси привиделись.

— Как?

— Да вот так: будто они её буквы в игре сами в слова складывали и сильно перепугали госпожу. Она стол опрокинула и игру по полу разбросала.

— Надо же, — с грустью проговорила Сэра, подливая в чашку спиртное, — жаль женщину. Она ведь всегда такая рассудительная была, спокойная. Супруга своего, покойного сэра Чарльза останавливала, когда тот всякой чертовщиной слишком увлекаться начинал. А теперь э-вон, самой всякое видится.

— Кто знает, — небрежно бросила компаньонка, забирая поднос с чаем, — может, родовое проклятие и правда существует.

— Проклятия, они, конечно, встречаются, — согласилась Сэра, — у моей матушки в молодости одна подруга была, так она всех женихов из дома прочь прогоняла, да не просто так, а со смешками и шуточками, всякие словечки обидные в их адрес выдумывала. Красивая, говорят, была до невозможности, люди на улице вслед оборачивались. Пока её один особливо обидчивый жених не проклял. Плюнул на порог и сказал, мол, всё, после меня ни один мужик в твою сторону даже не взглянет!

— И что? — заинтригованная компаньонка замерла на пороге с подносом в руках.