Книга Проклятие пикси, страница 36 – Елизавета Берестова

— Да, — засмеялся Вил, если бы я попробовал отказаться глотать ту отчаянно горькую микстуру, моей древесно рождённой заднице пришлось бы не сладко! Полагаю, ты прав, отец. Графине просто дают лекарство, которое она не желает принимать. Может, отрицает саму болезнь, может, снадобье чем-то не устраивает. По-моему, с кошачьим хвостом всё ясно. Вы хорошо потрудились, коронер. Можете быть свободны.

Чародейка попрощалась с приличиствующей случаю вежливостью и удалилась. Дворецкий подал ей куртку и вдруг отвесил почтительный поклон, выражающий глубокую степень уважения. Рика даже замерла со шляпой в руках от неожиданности.

— Позвольте мне выразить моё глубочайшее восхищение, госпожа волшебница, — проговорил он, всё ещё пребывая в согнутом положении, — демонстрация фамильяра произвела на меня необычайно сильное впечатление. Я читал о подобном, но никогда не думал, что мне выпадет честь увидеть собственными глазами мастерство вызова.

Он разогнулся и возвратился к своей обычной величественной осанке.

— С этого дня у вас не найдётся более преданного поклонника вашего таланта, коему особое очарование придаёт ваше посвящение богу смерти, чьё имя я не считаю себя вправе произносить просто так.

Рика не знала, что ответить. С одной стороны ей была приятна похвала и искреннее восхищение: хоть кто-то оценил её мастерство и наряд, с другой — она не сделала ничего достойного этого восхищения.

— Я рада, что мои скромные способности не оставили вас равнодушным, — пробормотала она, быстренько попрощалась и выскочила за дверь.

Когда она вернулась домой ей уже поджидала Эни.

— Наконец-то ты пришла! — воскликнула подруга, — я уже места себе не нахожу от бесполезного ожидания. Чай три раза пила! А ты же знаешь, какие вкусные пирожки печёт госпожа Доротея, так и растолстеть не долго.

— Между прочим, я была на службе, а не по улицам слонялась и не чаи гоняла, как некоторые, — чародейка предпочла не упоминать про Дубовый особняк, — а если не хочешь набрать вес — ешь меньше.

— Злюка! — подруга показала язык, — но у меня к тебе важная просьба. Сделаешь?

— Что я должна сделать?

— Сначала скажи, что не откажешь, — Эни мило надула губки.

— Не скажу, потому что подозреваю, что ты собираешься опять без толку до вечера таскать меня по магазинам. Так что, нет.

— Рикочка, ну пожалуйста, — заныла Эни, — сегодня субботняя распродажа у Картленов, если протянем время, все самые красивые платья разберут. А ты вчера сказала, что никаких планов на выходные у тебя нет!

Чародейка задумалась. Не то, чтобы она не любила ходить по магазинам. Она не любила ходить по магазинам с Эни. Подруга никогда точно не могла сказать, что именно ей нужно, она могла часами бродить по торговому дому Картленов — самому большому магазину в Торговом квартале, глазеть на витрины, перебирать и мерить платья и туфли, а итоге удалиться с пустыми руками, заявив горестно, что всё — не то. Но заняться сегодня ей было совершенно нечем, и она согласилась с условием, что они пообедают где-то в городе.

— Конечно, — обрадовалась подруга, можешь рассчитывать хоть на жаренного угря. Одна моя ученица победила на конкурсе Зимних талантов, и её мама вручила мне премию. Так что нам хватит и на покупки, и на угря.

Эх, знала Эни, чем выманить некромантку из дому: Рика обожала жаренного на углях угря. Ещё в детстве, когда ей предлагали конфету или рыбу, она неизменно тянула ручонки к истекающему прозрачным жиром кусочку угря.