Книга Проклятие пикси, страница 27 – Елизавета Берестова

Но широкие плечи, крупноватые черты подвижного лица не вязались с кудряшками и бантиками. Эни не сдавалась и без разбора пробовала на себе многочисленные рекомендации из дамских журналов в надежде добиться желаемого уровня милоты. Внешностью чародейки она восхищалась и по-доброму завидовала:

— Ты такая изящная, такая миленькая, — не раз горестно восклицала Эни, наблюдая, как подруга облачается в свои чёрные наряды, — а одеваешься как будто горничная в трауре. Несправедливо! У тебя и бюст, и фигура, да ещё волосы вьются! И вся эта милота остаётся невидимой.

Эрика отговаривалась тем, что служителю бога смерти не полагается наряжаться в милые платьица и носить бантики на волосах. На самом деле это — была просто отговорка. Богу смерти Эрару было глубоко безразлично, что там надевали на себя его служители в свободное время. Например, рикина бабушка, которая до сих пор служит в храме, вообще кроме национальной артанской одежды вообще ничего не признаёт. Чародейке просто так хотелось, и всё.

— Вы очень устали, наверное, — госпожа Призм вернула Рику к реальности, — даже торт не кушаете!

— Да, нет, не устала. Просто задумалась. День же был — как день, ничего особенного, — чародейка с удовольствием отправила в рот кусочек торта, — если вы, дорогие дамы, думаете, будто работа коронера его королевского величества — интересное и захватывающее занятие, я вас разочарую. Никаких погонь за бандитами и магических битв, какими изобилуют ваши любимые детективные романы. Много бумажной работы и выезды на место происшествия.

— Подтверждаю целиком и полностью, — госпожа Призм поправила волосы. Она была рано поседевшей шатенкой с тёмными бровями, — мой муж имел отношение к вашему ведомству. И о работе у Королевской службе дневной безопасности и ночного покоя мне известно не понаслышке.

Портрет упомянутого мужа красовался в простенке коридора, повязанный траурной лентой. С него внимательными глазами с недобрым прищуром за проходящими следил серьёзный, коротко отстриженный мужчина — майор Призм, героически отдавший свою жизнь, охраняя покой граждан Артании. По началу портрет этот до чёртиков пугал Эни по вечерам.

— Ещё и ночные дежурства у мужа бывали, — со знанием вопроса продолжала квартирная хозяйка, — преступники, Эни, не считают нужным творить свои преступные дела только в рабочее время. Вот и приходиться ночами и по праздникам дежурить.

— Занятно, — проговорила Эни, — она совсем недавно подцепила это модное словцо и теперь вставляла его по любому поводу, — а у тебя, Рикочка, были на этой неделе выезды на преступления? Убийство, например?

На чародейку выжидательно воззрились две пары любопытствующих глаз. Неделя у Рики выдалась на удивление спокойной, ни убийств, ни грабежей. А с драками по пьяни прекрасно, и сержант Меллоун разбирался. Так что рассказывать было не о чем.

— Пока мне довелось побывать только на одном вызове, да и тот к бывшей придворной даме, которой всюду мерещатся пикси, — сказала Рика.

— Расскажи, расскажи, — принялась упрашивать чародейку подруга, — ты видела настоящих пикси! Какие они? Правда с крылышками?

— Никаких пикси в природе не существует, — отрезала Рика, — графиня Сакэда навоображала себе всякого, а коррехидор с готовностью сочувствует женщине, хоть она ему в матери годится. При этом свалил на меня целую кучу работы на выходные.