Книга Тайна призрачного доспеха, страница 42 – Елизавета Берестова

— Предлагаете пересесть на лошадей? — сонно откликнулась чародейка.

— Предлагаю нашим магам-прикладникам задуматься, наконец, о дешёвом и технологичном покрытии для дорог. Каменные мостовые всем хороши, но до́роги и им требуются регулярная переукладка и ливневая канализация. Даже страшно представить, в какую астрономическую сумму выльется организация приличных мостовых по всему королевству! Поэтому пока мучаемся.

Рика увидела, как в свет магических фар выхватывал из темноты похожие на маленькие горные пики кучки застывшей грязи на колеях, кивнула и снова погрузилась в полудрёму.

Уже у знакомого дома на улице Колышущихся папоротников коррехидор тихонько тронул её за плечо.

— Приехали, — сказал он.

Небо на востоке начало уже окрашиваться в нежные цвета осеннего рассвета, который обещал быть ясным.

— До двух часов пополудни можете даже и не приходить в коррехидорию, — разрешил Вил, — выспитесь и отдохните как следует. А потом будет уже и вскрытие, и отчёты. Как закончите со своей частью работы, жду вас у себя. С меня обед в хорошем ресторане, и отказа я не приму. Ещё раз простите, что вытащил вас из дому в воскресный день.

— Полно вам извиняться, — отмахнулась чародейка, — я — уже не маленькая. Когда получила назначение в Королевскую службу дневной безопасности и ночного покоя, прекрасно давала себе отчёт, что преступления совершаются не только в моё рабочее время, но и после. В выходные или праздничные дни преступники тоже не собираются отдыхать. Даже хорошо, что мы оказались в Желудёвом замке, когда призрак в доспехе напал на своего потомка.

— Что верно, то верно.

Вилохэд пожелал чародейке хорошо отдохнуть и уехал.

Он тоже поминутно зевал и, когда вернулся в резиденцию Дубового клана, буквально валился с ног от усталости.

Фибс — его личный камердинер (а в прошлом его воспитатель и воспитатель трёх старших мальчиков Окку), встретил коррехидора при полном параде. Вил не раз удивлялся, как этому бывшему военному удаётся практически в любое время суток выглядеть так, словно он собирался на официальный приём. Даже белые перчатки были на месте.

— Милорд, — поклонился мужчина, — вам, похоже, не удалось поспать этой ночью?

— Не удалось, — кивнул Вилохэд, — ни минутки.

— Я взял смелость приготовить вам ванну. Утренний кофе с пирожными и газеты подам позднее. Полагаю, вашему сиятельству прежде необходимы хотя несколько часов сна. Иначе мигрени не избежать.

— Спасибо за заботу, — искренне улыбнулся Вил.

Отношения с Фибсом у него всегда были отличными. Четвёртый сын Дубового клана обожал своего дядьку (он и правда, доводился очень дальним родственником по отцовской линии), но Фибсу нравилось изображать из себя идеального дворецкого, с подчёркнутой вежливостью относящегося к своему древесно-рождённому господину. Что, впрочем, не мешало в детские годы Вилохэда выдавать господину крепкие затрещины, если тот не слушался.

Благодатный сон, в который коррехидор погрузился после заботливо приготовленной ванны, был бессовестно прерван. Не прошло и получаса, как Фибс деликатно потряс Вила за плечо и, извинившись, сообщил, что господина графа срочно просят к магофону.

— Звонок из Кленового замка, — многозначительно проговорил он.

Вилохэду что-то снилось, и поэтому он никак не мог прийти в себя. Взъерошив непривычно короткие волосы, мужчина накинул на себя халат, сунул ноги в домашние тапочки и спустился в гостиную, где, собственно, и располагалось это чудо магической техники — магофон.