Книга Дочь Ненависти: проклятие Ариннити, страница 90 – Елизавета Девитт

За решётками зашевелились лучшие отбросы, каких только могла собрать эта проклятая тюрьма. Мерзавцы, воры, убийцы и отступники закона, прилично насолившие правящей верхушке, раз их заперли не в Цитадели, а в королевских темницах.

Каждый из них злобно скалился из-за прутьев, желая отомстить за это. И я знала: стоит мне только открыть засов, и они рванут наружу, не разбирая, кто друг, кто враг, а кто добыча.

Именно этого я и добивалась.

Я не собиралась тратить Хаос магии на пустяки вроде ржавых замков. Пусть их хаос — звериная ярость, ненависть, жажда крови — станет моим оружием. Пусть они разнесут эту тюрьму изнутри, как термиты — дерево.

Моя собственная армия ущербных, оглядывая меня снизу вверх раздевающим, насмешливым взглядом, не понимала, как девчонка — наконец сумевшая сменить алое непотребство на чёрный практичный костюм, так кстати принесённый предателем — могла с железной выправкой полководца диктовать им свой план:

— Мы на шестом уровне из девяти, мальчики, — произнесла я с ленивой насмешкой, объясняя правила кровавой игры. — Дальше нас ждут три коридора-лабиринта, кишащие такими же отбросами, как вы. Их всех стоит освободить. Чем больше крыс в подвале — тем выше шанс, что одна из них добежит до выхода.

Громила в толпе откровенно хрюкнул, нарушив напряжённую тишину. Я обласкала его взглядом, заставляя заткнуться, и продолжила:

— На каждом посту нас ждут стражи. Их убираем тихо, попутно забирая оружие. Но когда выберемся к лестнице в небеса — начнётся месиво. — проскользнувшая на моих губах улыбка была предвестником знатной резни, но я продолжила: — Заклятия точно распознают в вас беглецов, так что сбегутся на свист все пёсики в замке. Тогда решайте сами: сдохнуть в одиночку или нестись тараном.

Я на секунду задержала взгляд на их лицах. У кого-то в глазах пульсировал дикий азарт, кто-то глотал слюну, борясь с проклятием, а кто-то уже прикидывал, кого нужно будет под шумок ударить в спину. И всё это было предсказуемо, мерзко и забавно одновременно.

— Мне же нужны добровольцы. Те, кто не побоится прогуляться со мной с шестого на девятый уровень. Там сидит один криминальный босс. Очень богатый мерзавец, который не поскупится, если его вытащить, — я едва заметно сжала рукоять арбалета, прежде чем спросить: — так что… кто из вас жаждет не только крови, но и звонкой платы за свои грязные руки?

Это был мой самый наивный вопрос. Ответа на него можно было и не ждать, но…

Из тени, за спинами мрачных громил, чуть приподнял голову один силуэт: тощий, почти призрачный. Он поправил на носу очки, точно слепой, который всё ещё притворялся зрячим, а после вкрадчиво, с лёгкой хрипотцой, уточнил:

— А имя его?

Мне хватило секунды, чтобы окинуть взглядом высокого, болезненно худого мужчину в грязном тряпье и с сальными чёрными волосами до плеч. Но его ценность выдавал только холодный блеск серебристых наручников из мириллита.

И я усмехнулась, найдя свой алмаз в грязи.

— Винсент Шер.

Судя по шуму, всколыхнувшемуся среди заключённых, он действительно был знаменит. Настолько, что половина тюрьмы мечтала увидеть его мёртвым.

— Да пусть сдохнет там эта тварь! Вы как хотите, а я пошёл, — гаркнул самый здоровый из заключённых, резко взявший на себя бразды правления толпой.