Книга Зеленая ведьма: Сад для дракона, страница 50 – Аурелия Шедоу

Каэльгорн подошёл к указанному месту и жестом позвал меня.

— Здесь. Становись напротив меня.

Я заняла позицию. Мы стояли лицом к лицу, разделённые лишь чашей с водой, что Лираэндор поставил между нами. От Каэльгорна исходило лёгкое, почти неосязаемое тепло — предвестие силы. Нимбус, нарушая, вероятно, все ритуальные каноны, бесшумно приземлился на камень у моих ног, свернулся клубком и уставился на нас, его сияние стало чуть ярче.

Лираэндор начал читать на древнем наречии, его голос, обычно суховатый, приобрёл певучие, завораживающие обертоны. Он описывал суть ритуала: объединение Камня и Роста, Основания и Потока. Я лишь отчасти понимала слова, но смысл доходил через интонацию, через саму атмосферу.

— Теперь, — сказал Лираэндор, переводя взгляд на нас, — соедините руки над чашей. Пусть метки коснутся.

Я протянула руку. Каэльгорн сделал то же самое. Наши пальцы встретились над водой. И в момент соприкосновения кож — не через ткань, а напрямую — по нам обоим ударила волна. Не болезненная, а мощная, как удар грома под землёй. Наши метки на запястьях вспыхнули ослепительным золотисто-синим сиянием, и свет этот не погас, а стал пульсировать в такт нашим сердцам, которые вдруг забились в унисон.

— Концентрируйся на корнях, — тихо, но чётко сказал Каэльгорн, его глаза горели внутренним огнём. — Чувствуй их боль. А потом… представь, как из самой глубины земли поднимается чистая, зелёная сила. Как весенний сок. Не лечи. Очищай.

Я закрыла глаза, отсекая внешний мир.Виахлынула из меня без усилий, ведомая нашим соединённым касанием. Я почувствовала знакомую ледяную гниль Скверны, вросшую в корни Праматери, как чёрные, живучие тиски. И тогда я сделала, как он сказал. Я не стала латать, успокаивать. Я представила бурный, яростный, неостановимый поток жизни. Не тёплый и ласковый, а холодный и стремительный, как талые воды с гор, сметающие всё на своём пути. Я направила этот образ в нашу общую связь.

И случилось чудо. Нет, магия.

МояВиа, зелёная и гибкая, встретилась с его силой — золотой, раскалённой, несокрушимой, как скала. И они не столкнулись. Онисплелись. Золотые нити его магии обвили мой зелёный поток, усилили его, направили, дали ему структуру и несокрушимость. А моя энергия наполнила его силу целеустремлённостью роста, неукротимой жаждой жизни. Мы создали единый, сверкающий кинжал из света и воли.

Я услышала его тихий, сдавленный стон — не от боли, а от невероятного напряжения. Через связь хлынул водопад его ощущений: давление невероятной мощи, которую он сдерживал, чтобы не сжечь меня; фокусировка, острая, как лезвие; и где-то в глубине — щемящее доверие ко мне. Я ответила своим потоком: доверием к его контролю, яростью к Скверне, и — прощением. Прощением за все страхи, сомнения, за ту клетку, в которую он меня посадил. Потому что сейчас эта клетка стала союзницей, опорой.

Ритуал достиг пика. Наш сплетённый луч энергии обрушился в корни. Раздался не звук, а ощущение — тихого, глубокогохруста, будто ломалась не материя, а сама болезнь. Чёрная скверна зашипела, затрещала, пытаясь сопротивляться, но под напором нашей объединённой силы она не имела шансов. Она выжигалась, вымывалась, вытеснялась этим двойным пламенем — пламенем жизни и пламенем воли.

Процесс был изматывающим. Я чувствовала, как силы покидают меня, как дрожат колени. МояВиа, всегда бывшая послушным инструментом, теперь бушевала в чужих, слишком мощных руках. И в тот момент, когда мощь Каэльгорна, непреднамеренно, грозила поглотить мой хрупкий контроль, рядом возникло другое присутствие.