Книга Зеленая ведьма: Сад для дракона, страница 23 – Аурелия Шедоу

Тепло от метки на запястье пульсировало, настойчивое и живое. Оно словно говорило мне то, в чем я боялся признаться даже самому себе.

Слишком поздно, Каэльгорн. Она уже здесь. Не только в замке. Она под твоей кожей. И единственный путь — вперед

Флорен

Три дня прошли в ритме, который стал почти привычным: рассвет — Сад, день — работа с командой, ночь — изучение образцов при свете масляной лампы. Мешки с отравленной землёй из-под Лилий стояли в карантинной оранжерее, как мрачные памятники. Но сегодняшняя партия была иной — образцы, присланные по моему запросу из разных концов Пиков: из северных долин, с предгорий, с окраинных ферм.

Я сидела за грубо сколоченным столом в своей маленькой «лаборатории» — бывшей кладовой у кухонь, которую Орвин помог мне очистить. Передо мной лежали десятки глиняных чашек с грунтом. Закрыв глаза, я погружала пальцы в каждую, запуская тонкую нить Виа.

Большинство образцов были просто бедными, истощёнными — усталая земля, просящая отдыха. Но несколько чашек… они отзывались тем же ледяным, липким отторжением, что и почва из-под Лилий. Тот же сломанный ритм, та же ощутимая пустота, выгрызающая жизнь изнутри. Особенно явно это читалось в образцах из тех самых северных долин, о чьём неурожае вполголоса говорили служанки.

Это была не случайность. Это была система. Скверна не просто сидела в Саду. Она расползалась.

Дверь скрипнула. Я не стала оборачиваться, узнав шаги — тяжёлые, размеренные, с лёгким скрежетом подошвы о камень.

— Вы пропустили ужин, — раздался голос Каэльгорна. В нём не было упрёка, скорее констатация факта.

— Не до него, — пробормотала я, указывая на два самых «больных» образца. — Смотрите. Долина Рейнфелл. Восточный склон у Белого ручья. И… наша Лилия номер четыре. Один и тот же паттерн распада. Тот же магический «почерк».

Он подошёл ближе, его тень накрыла стол. Он не прикасался к земле, но его взгляд, острый и аналитический, скользнул по чашкам, будто читал невидимые отчёты.

— Вы утверждаете, что болезнь Сада… заразна?

— Не болезнь. Атака, — поправила я, наконец подняв на него глаза. В тусклом свете лампы его лицо казалось вырезанным из тёмного камня. — Это не эпидемия. Это целенаправленное отравление магических узлов. Сад Сердца — главный узел. Долины — периферийные, самые уязвимые. Скверна действует как… как коррозия. Разъедает связи.

Я взяла чистый лист пергамента и быстрыми, резкими штрихами набросала схему: центральный круг (Сад) и расходящиеся от него линии к другим точкам (долины).

— Мы можем бесконечно менять землю здесь, — я ткнула в центральный круг. — Но, если источник отравления активен, а каналы распространения открыты, новая почва заразится через месяц, через год. Нужно лечить не симптом. Нужно найти и перекрыть источник, а параллельно — стабилизировать и очистить периферию. Иначе мы будем тушить вечный пожар.

Каэльгорн долго молчал, изучая схему. Воздух в маленькой комнатке наполнился запахом влажной земли, масла и его едва уловимого, пряного аромата — дыма и стали.

— Что вы предлагаете? — спросил он наконец. Не «это невозможно», а именно «что вы предлагаете». В этом был важный сдвиг.

— Мне нужны неограниченные данные по всем регионам за последние пять лет. Урожайность, изменения в почве, случаи необъяснимой порчи. Нужно построить карту распространения. А параллельно — начать пилотную программу очистки в наиболее пострадавших долинах. У меня есть… идеи. Но для их обоснования мне нужна поддержка и ресурсы.