Книга Зеленая ведьма: Попаданка для дракона, страница 88 – Аурелия Шедоу

Его глаза уже не горели яростью. Они были усталыми, но острыми. Он смотрел на меня не как на добычу. Он смотрел на меня как на… союзника в бою. Пусть и невольного.

— Ты ранена? – спросил он. Его голос был хриплым от напряжения, но в нем не было привычной повелительности.

Я, все еще дрожа, покачала головой, не в силах вымолвить слово. Я видела его совсем другим. Не тираном, не драконом из кошмаров, а полководцем. Защитником. Могущественным, смертельно опасным, но сражающимся за что-то большее, чем просто собственная прихоть.

В этот момент метка на моем запястье не жгла. Она… пульсировала. В такт его тяжелому дыханию. И это чувство было уже не только тревожным. Оно было… общим.

Глава 45: Раненый зверь

Тишина после боя была оглушительной. В ушах все еще звенело от лязга стали и диких криков. Я стояла, опираясь о ствол сосны, пытаясь перевести дух. Тело дрожало от выброса адреналина. Перед нами лежали тела Горлумнов. Каэльгорн, все еще держась за меч, медленно поворачивался ко мне. Его взгляд был усталым, но в нем читалось странное, новое уважение.

И в этот миг из-за поваленного буреломом дерева поднялась тень. Мы оба пропустили ее. Раненый шаман, тот самый с рогатым шлемом. Из его горла вырвался хриплый, торжествующий вопль. В его руках был не кинжал, а короткое, костяное копье, наконечник которого пылал тем самым багровым светом ритуала. Он был уже не жив, а одержим последней волей – нанести удар.

И он метнул копье. Не в Каэльгорна.

В меня.

Время замедлилось. Я увидела, как смертоносный свет летит прямо в мою грудь. Я замерла, парализованная ужасом.

Но Каэльгорн двинулся быстрее мысли. С ревом, в котором смешались ярость и нечто иное – резкое, животное – он рванулся вперед. Он не оттолкнул меня. Он буквально накрыл меня своим телом, повернувшись к летящему копью спиной.

Глухой, влажный звук удара о доспех был ужаснее любого крика. Багровый наконечник пробил броню и вонзился ему в спину, чуть левее лопатки.

Каэльгорн вздрогнул всем телом. Из его горла вырвался не крик, а короткий, сдавленный хрип. Он сделал шаг, пошатнулся, но удержался на ногах. Его меч со свистом рассек воздух, и голова шамана отлетела в сторону. Только после этого он медленно, очень медленно опустился на одно колено.

— Нет… – выдохнула я, леденея от ужаса.

Он был ранен. Смертельно? Защищая меня.

Передо мной встал выбор, кристально ясный и ужасающий. Бежать. Сейчас. Пока он слаб. Пока он не может преследовать. Нимбус тут же, мы можем исчезнуть. Это был мой шанс. Последний, отчаянный шанс на свободу.

Но ноги не слушались. Я смотрела на его широкую спину, на торчащее из нее мерзкое костяное древко, на багровое свечение, которое уже расползалось по краям раны, черня металл доспехов. Я видела, как его плечи напряжены от боли, как сжимаются его пальцы на эфесе меча.

И я не могла уйти.

Не потому, что боялась его гнева потом. А потому, что он только что спас мне жизнь. Потому, что где-то глубоко внутри сидело знание: я, Валентина Сидорова, не оставлю раненого. Даже если этот раненый – дракон, который несколько дней назад грозился запереть меня в своем замке. Это было выше страха, выше инстинкта самосохранения. Это была профессиональная этика, ставшая частью души.

— Нимбус, сторожи! – бросила я, и сама удивилась твердости в своем голосе. Кот, шипя в сторону леса, всплыл выше, его глаза сканировали темноту.