Книга 48 минут. Пепел, страница 68 – Виктория Побединская

Я перевожу на него удивленный взгляд.

— Эй, – словно почувствовав мое удивление, отбивается Джесс, – мне было всего семнадцать. Пацан мечтал о собственном ноже. Откуда мне взять деньги на настоящий? Поэтому я отнес свой в мастерскую и попросил сделать копию. Вышло неплохо, верно ведь?

Улыбнувшись, я киваю.

— А мой нож, который забрал Ник, раритетный. Его стоимость не меньше пяти сотен.

— Пять сотен фунтов? – от удивления я раскрываю рот. – За какой-то нож?

— Он не какой-то. Ему сто лет почти. – Одарив меня многозначительным взглядом, Джесс снова отворачивается. – Хотя на вид они схожи, эксперт сразу заметит разницу. Другая сталь, заточка, вес разный. Не говоря уже о том, что нож Ника в принципе не знает, что такое баланс, – улыбается Джесс. – В двенадцать он, конечно, не мог этого знать, но, думаю, к семнадцати понял, что к чему.

— Но Ник носил его с собой все эти годы.

Я вижу, как Джесс слегка качает головой.

— Да, носил.

Минуту мы молчим, а потом я, улыбнувшись, шепчу:

— Джесс…

— Что?

— Ник блефовал, да? Когда говорил про талисман.

Джесс ухмыльнувшись, прикрывает глаза.

— Ну разумеется. – На его губах появляется неуловимая улыбка, но тут же прячется. Я отворачиваюсь к окну, потому что чувствую себя неуютно, будто подглядела за чем-то очень личным. Но внутри все наполняется теплом.

Спустя пятнадцать минут в зеркалах начинают мерцать светлячки – огни фар. Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть. Два черных автомобиля все четче рисуются на дороге, понемногу сбавляют скорость, а потом останавливаются. Застегнув куртки, мы с Джессом выходим навстречу. Я чувствую на губах вкус соли. Значит, мы где-то недалеко от моря.

— Эгей, вот и наша беглая прин… – Рейвен в своем черном плаще выскакивает навстречу и поднимает руку, но не успевает закончить предложение – Джесс в ту же секунду оказывается возле нее, заставляя пятиться, пока она не ударяется спиной о капот. Две темные фигуры-тени, что они отбрасывают на асфальт, сливаются в одну.

— Где ты была вчера вечером? – спрашивает он. Если это такая стратегия допроса, то я рада, что сейчас не на месте Рейвен. Это не тот Джесс, что полчаса назад рассуждал со мной о ножах и братьях. Я вижу того Джесса, кто за горло прижимал меня к стене, заставляя задыхаться от страха.

— Моталась по твоим же поручениям. – Девушка отталкивает его от себя, но, конечно, не сдвигает ни на сантиметр. – С твоими же, мать их, солдатами! – ошарашенно кричит она.

— Думаешь, я тебе поверю?

— Да мне плевать, что ты думаешь, если вообще умеешь!

Больше всего меня пугает, как люди, еще вчера готовые стоять друг за друга горой, сегодня становятся врагами. Страх и чувство самосохранения пересиливают всё прочее. Краем глаза я вижу, как стоящий рядом с ними Арт, не зная, что сделать, нервно переступает с ноги на ногу. Его руки засунуты в карманы. Ник не выдерживает первым.

— Джесс, – вскидывается он, вступаясь за Рейвен и за локоть разворачивая брата к себе. – Успокойся!

— Джесс, Ник прав, – вмешивается Шон.

Все происходит так быстро, даже в голове не укладывается, что среди нас может быть предатель.

— Сегодня в полночь по меньшей мере двадцать машин Коракса пересекли границу города, – срывается Джесс. – Вы понимаете, что это не чертово совпадение?

Все замолкают. Молчание говорит лучше любых слов.