Книга Пропавший жених Эмилии Вуд, страница 81 – Рута Даниярова

— А ведь и вправду, сэр Аргайл… В конце весны заболел я сильно, простудился, недели три лежал, жар меня мучил, кашель, кости ломило… Даже думал, что помру, но доктор Алистер меня на ноги поставил… Так вот, паромом тогда мой сын Джонас заправлял. И когда я уже на поправку пошел, он рассказывал, что приезжал однажды с утренним паромом какой-то джентльмен, искал миссис Шервуд в Рэвенхилле. Джонаса спрашивал и остальных, но так никого и не нашел и уехал восвояси на вечернем пароме… Я уж потом сообразил, что он искал миссис Аглаю, да только времени уже много прошло.

— А Джонас не говорил, как выглядел этот человек, Сэм? — поинтересовался Тревор.

Я затаила дыхание.

— Так вы у него сами можете спросить, сэр, вон он как раз сюда идет, легок на помине, — улыбнулся паромщик.

К нам подошел крепкий мужчина лет тридцати пяти, очень похожий на Сэмуила — такие же густые волосы и добродушное, обветренное лицо.

— Джонас, сэр Аргайл спрашивает, как выглядел тот мужчина, который приезжал миссис Шервуд разыскивать, — сказал Сэм.

Джонас наморщил лоб, стараясь вспомнить.

— Немолодой джентльмен, но и не совсем старый. Лет пятидесяти, пожалуй. Одет был хорошо, но без шика. Голос вежливый, тихий… Он меня спросил: «Не знаете ли вы, где я могу найти миссис Шервуд?» Я сказал, что не знаю такой. Он поблагодарил, развернулся и ушел. А вечером уехал обратно на пароме.

— А что еще? Рост, одежда, какие-то особые приметы? — поирнтересовался Аргайл.

— Не помню, сэр, времени уже много прошло, — виновато ответил Джонас. — Хотя… Мне показалось, что от него очень слабый запах шел… странный немного.

— Странный? — переспросила я, чувствуя, как учащается мой пульс.

— Ну да. Он пах не табаком и не одеколоном, как здешние джентльмены. А чем-то резковатым… может, лекарством каким-то… Еще подумалось, что он аптекарь или доктор…

— А вы смогли бы его узнать? — спросила я.

— Не думаю, мисс, — сын паромщика покачал головой. — Лица не припомню, а вот запах запомнился…

— У меня у Джонаса с детства нюх острый, как у гончей, — горделиво сказал паромщик.

Мы поблагодарили Сэма и его сына и отправились к коляске. Тревор молчал, его лицо было сосредоточенным.

— Что скажете, Коринна? — наконец спросил он, с заметным усилием забравшись в повозку. Я заметила, что сегодня он хромает сильнее обычного.

— Похоже, что антиквар решил лично приехать из Эрбенны, чтобы встретиться с леди Аглаей и самому оценить монеты и медальон. Значит, эти вещи действительно очень ценные…

— Я напишу в Эрбенну своему старому знакомому по Секретному управлению расследований, — решительно сказал Аргайл. — Нужно разузнать, что из себя представляет этот антиквар Лионель Холбрук.

— Может быть, нам поспрашивать жителей, вдруг кто-то вспомнит джентльмена, искавшего миссис Шервуд? — осторожно предложила я.

— Это может насторожить нашего преступника, если он все еще здесь, — покачал головой Тревор. — Пока мы будем действовать тихо.

Он замолчал, я тоже погрузилась в раздумья. Пропавший жених Эмилии Вуд, таинственный антиквар, старинные медальоны со знаками стихий, убийство старого ростовщика…. Нам предстояло распутать этот клубок, пока не произошла очередная драма.

Коляска остановилась возле нашего офиса в Аптекарском переулке. Констебль Смит вынул из кармана круглые серебряные часы в виде луковицы и сказал виновато: