Книга Невеста для пилигрима, страница 23 – Рута Даниярова

— Элма, ты здесь? — позвала Виола. — Скажи мне правду, как я теперь выгляжу?

Вместо ответа она услышала сдавленные всхлипы, а затем почувствовала, как знакомые теплые руки экономки обняли ее за плечи.

— Девочка моя, ты осталась жива, и это главное. Господин Иохим пригласит еще лекарей, самых лучших. Мы справимся, — тихо приговаривала Элма, гладя девушку по плечам.

Виола не могла видеть, как по доброму морщинистому лицу экономки катятся слезы.

— Что с моей дочерью, господин Базел? — Иохим Бернт протянул лекарю увесистый кошелек с монетами.

Базел считался лучшим лекарем в городе, и за свои услуги брал недешево, но ювелир не поскупился, пригласив его жить в своем доме две недели, чтобы он занимался только Виолой.

— Я сделал все, что мог, мастер Бернт, но лицо вашей дочери сильно обожжено. К сожалению, останутся шрамы и рубцы.

— А что с глазами?

Лекарь вздохнул.

— Возможно, со временем зрение может вернуться, хотя бы частично. Будем надеяться на милость Кайниэль. А пока, к сожалению, вашей дочери нужен человек, постоянно сопровождающий ее. Возможно, со временем она привыкнет к своему положению. Я видел слепых людей, которые научились сами себя обслуживать…

— Моя дочь говорит, что видела синее пламя, прежде чем ослепнуть, — глухо сказал ювелир.

— Хотите знать мое мнение, мастер Бернт? Я не думаю, что существует синее пламя, никогда не слышал ни о чем подобном. Но, возможно, мы имеем дело с темной магией. Кто-то сильно захотел навредить либо вам, либо вашей дочери. Не советую вам никому об этом рассказывать, люди боятся магии. Говорите, что это ожог от разбившейся масляной лампы, например…Я оставил вам заживляющую мазь, когда она закончится, пришлю еще, — лекарь, поклонившись, ушел…

Иохим с досадой отложил острый инструмент. Он снова порезался. Работа не шла, все мысли были заняты дочерью. Ювелир снова вспомнил последний совет лекаря и вздохнул. Это было правдой. Много лет ходили слухи о серых магах, странствующих по всему побережью Дымного моря. Им приписывали непонятные болезни и ранние смерти, гибель скота и кражи детей, но никто точно не знал…

Но зачем серому магу было вредить его дочери?

Ювелир задумался. Иохим всегда старался поступать, по справедливости. За счет гильдии выплачивались небольшие пенсии вдовам и сиротам мастеров, оказывалась поддержка, если кто-то из ювелиров надолго заболевал.

Но и у него, возможно, были враги. Пару лет назад он добился исключения из гильдии ювелира, покрывавшего тонким слоем позолоты медные кольца и выдававшем свой товар за чистое золото. Не раз отказывал в ссуде сомнительным людям. Возможно, кто-то затаил обиду, когда он отказал ему в руке Виолы? Но не настолько же быть обиженным, чтобы обращаться к помощи магов!

— Что ты думаешь, Майс, насчет того, что на Виолу напали во дворе моего дома? — спросил ювелир вошедшего телохранителя.

— Я считаю, мастер Бернт, что злоумышленник мог попасть в сад во время помолвки, когда приходили гости или привозили еду из трактира, спрятаться там, выманить госпожу, а потом уйти через калитку.

Майс говорил неторопливо, тщательно взвешивая слова. Чувствовалось, что он тоже много размышлял об этом.

— Я пришел сказать, мастер Иохим, что там внизу господин Эрдорт. Он говорит, что сегодня не уйдет, пока не увидит вашу дочь.