Книга Солнце Сантьерры, страница 72 – Рута Даниярова

У меня остановилось сердце.

Минут через пятнадцать к нам зашли Хоган и Эван. Они были мокрые от дождя, на обуви налипла красноватая глина.

— Кэтрин, я хочу с вашей дочкой поговорить, — сказал Коннор. Он выглядел уставшим, глаза в красных прожилках, вокруг рта залегли мелкие морщинки.

Я позвала Энни, и мы прошли к ней в комнату.

— Энни, ты знаешь, что это такое? — Хоган протянул к ней ладонь, на котором лежал красноватый камень, его прожилки вспыхивали то оранжевым, то ярко-желтым цветом.

— У меня есть такой же, мне его подарил мистер Хайнц на день рождения, — и дочь достала с полки небольшой камень, который я уже видела.

— Хорошо, спасибо, — и Хоган развернулся к выходу. — Эван, не отставай.

— Мама, почему мистер Хоган меня спрашивал про камушек? — недоуменно спросила Энни, поглаживая неровные грани.

— Не знаю, милая.

Я даже представить не могла, что сейчас испытывают Беки.

За окном по-прежнему лил дождь. Горе, казалось, накрыло всю Кварту серым крылом.

Через час ко мне прибежала Рита.

— Кэтрин, со мной сейчас связался Эван, он ранен.

— Что случилось?

— Берт Хайнц только что пытался улететь на капсуле, но она была неисправной, Эван начал ее чинить, Хайнц напал на него, но не смог взлететь.

Я потрясенно молчала.

— Получается, Хайнц мог убить Марту? Но зачем? — спросила Рита.

Вскоре по браслету связи мне позвонил Чарльз Брайтон.

— Кэтрин, недавно Хоган задержал Берта Хайнца. Говорят, что он убил Марту Бек.

— Это ужасно, не могу поверить, — сказала я. — Он недавно был у нас, видел детей…

— Ты не представляешь, каково мне. Я с ним работал последние дни, Хайнц шутил, рассказывал истории всякие, строил планы, как он заживет после Сантьерры. Он никогда со мной не говорил про детей. Он был нормальный! — Чарльз почти кричал.

— Он дома у меня был, с Тришей разговаривал. А если бы…— он не договорил, но и так понятно, о чем подумал.

— Давай подождем, что еще станет известно, — предложила я.

— Знаешь, Кэтрин, примерно в то время, как пропала Марта, были отключены многие визоры ненадолго. В принципе, это мог сделать любой техник, работающий на замене оборудования. Но доступ был всего у четырех человек, в том числе у меня и у Хайнца. Я уже Хогану говорил об этом…Не могу поверить, что Берт мог убить ребенка. Даже не знаю, как Трише об этом рассказать, — Чарльз отключился, а я все сидела в своей комнате.

* * *

Через два дня дождь стал стихать. Одинокие капли еще падали во влажную землю, но тучи рассеивались и на небе стал виден краешек солнца. По браслету связи я получила сообщение, что все жители Кварты старше четырнадцати лет должны прийти в полдень на собрание. Как сказал Эван Рите, состоится суд общины над Бертом Хайнцем.

Эван был ранен в левую руку, она была еще на перевязи, но это не помешало ему заехать за мной и Марком с Ритой, чтобы отвезти в центр Кварты.

Весь стадион уже был заполнен людьми. Стояла мрачная тишина. Она была такой осязаемой, что давила на плечи. Раздавались время от времени одинокие шепотки, но и они стихли, когда на поле вышел Петер Йенсен.

Он оглядел трибуны и заговорил:

— Сегодня мы собрались, чтобы решить, виновен ли Берт Хайнц в гибели Марты Бек. Если мы решим, что он невиновен, мы отпустим его. Если мы сочтем, что он виновен, мы должны будем выбрать для него наказание.