Книга Сокровище дархана, страница 60 – Марианна Красовская

— Не буду! Ты мне не люб!

— Вот сейчас было обидно. А кто люб, Ингвар? — развеселился Сахи.

— Нет. Вы оба мне в мужья не годитесь, — мотнула головой Варька.

— А что, приставать только к мужу можно?

— Да, — твердо ответила девушка. — Я только того мужчину целовать буду, которого в мужья возьму. Я не какая-то там… я — дочка княжеская.

— Все понял, дочка княжеская. Ну, коли я тебе в мужья не гожусь, то хочешь — побратаемся? — Сахи вдруг показалось, что это прекрасная мысль. Он Варьку с удовольствием бы потискал — нравились ему девушки в теле, — но замуж? Бр-р-р. Зачем ему жена, которая его побить может? А вот сестра такая — это очень даже полезно.

— Побратаемся? — прищурилась Варька, у которой в голове мысли вертелись очень схожие. — А давай! У вас, дикарей, как это делается?

— Да поди так же, как у вас, скучных землепашцев, — хмыкнул Сахи. — Кровью обменяться да на золоте поклясться.

— А золото где взять?

— У меня в мешке найдется несколько монет.

В суме Асахана были не только монеты, но еще и несколько драгоценных камней. А на поясе нашелся острый кинжал. Ни крови, ни боли Варвара не боялась, чай не неженка, а дочь самого Ольга Бурого, меньшого берова брата. Поэтому она даже не поморщилась, когда кох рассек ей ладонь. Послушно руку ему пожала, потом уронила несколько капель на золотую монету и повторила за новым родичем:

— Да будут кровь и золото свидетелями нашей клятвы. Будь мне, Асахан, любимым братом. Защищай меня как свою кровь и плоть.

— Да будут кровь и золото свидетелями нашей клятвы. Будь мне, Варвара, любимой сестрицею. Обещаю защищать тебя как свою кровь и плоть. А ты, сестрица, меня в обиду не давай.

Кох нарочно исказил слова заговора. Но он знал — Варваре это будет по душе. И взаправду, она повеселела, заулыбалась, клятву его приняв. Успокоилась разом, шутить начала. Даже осмелилась попробовать рыбную похлебку, хоть потом долго плевалась.

И спать легла не раздеваясь, и уснула быстро. А Асахану почему-то было тревожно. Он жалел, что рядом не было Ингвара. Впрочем, и он уснул.

А наутро обнаружил, что их обокрали, — счастье еще, что не прирезали во сне! Но ни золота, ни серебра, ни каменьев, ни смены одежды у них больше не было, и даже кинжал из-под тюфяка увели! А все потому, что Сахи был слишком усталый. Сон его сморил прежде, чем он успел наложить защитные чары на комнату. Словом, со всех сторон виновен.

Ингвар смеялся. Хохотал. Рыдал от смеха.

— Как? — спрашивал он у Асахана и Варвары. — Как вы не услышали? Чем вы вообще были заняты?

— Мы спали! — вспыхнув, ответила звонко Варя. — Не смей даже намекать ни на что, я девушка честная! И вообще, мы с Сахи побратались! Посестрились… Стали назваными братом и сестрой.

Ингвар резко посерьезнел и спросил удивленно:

— А зачем?

Кох и морка переглянулись смущенно и опустили глаза. Теперь, при свете дня, повод и в самом деле показался глупым. Полно, не убыло бы с Варвары, если б она переночевала в одной комнате с Асаханом. А тот, даже если и хотел бы подружку пощупать за аппетитные выпуклости, насильником не был никогда. Ему сказали «нет», и он понял с первого раза.

— Так подсказали предки, — туманно пробормотал Асахан.

Отличный ответ, всегда уместный. Он ведь шаман. Попробуй докажи, что лжет! Ингвар же спорить не стал, только усмехнулся.