Книга Сокровище дархана, страница 57 – Марианна Красовская

Что и говорить — внимание такого мужчины понравится любой девушке. Если б сердце Ситары не занимал Ингвар… возможно, она пожелала бы стать императрицей. Только вот ее дракона и этот «жених» пробудить не смог. А при всей обходительности Змей был жесток, об этом Ситара не позволяла себе забыть. Человеческая жизнь в Угуре не особо ценилась. Если новая жена не родит господину Ши золотого ребенка, то река близко… А Дарханай — далеко. Конечно, отец отомстит, причем жестоко. Если разозлить дракона, от Змеиных садов не останется ни единой травинки. Только остановит ли это угурского императора? Кажется, он совершенно потерял связь с реальностью… Принцесса не обманывалась: Змею нужны вовсе не ее прелести. Откровенно говоря, в гареме были девушки куда красивее.

И это тоже раздражало. Что нужно мужчинам? К услугам Змея почти сотня раскрасавиц, но ему потребовалась еще и девушка из-за моря!

А для Ингвара она единственная. Он всегда говорил, что другие ему не нужны. Когда же жених ее уже спасет?

Расстроившись из-за своих горьких дум, мысленно разругавшись с возлюбленным, Ситара облачилась в одежду служанок (ох, как возмущалась Хонга! Но кто спрашивал ее мнения?) и поспешила в зверинец. Принцесса не лгала, она и вправду хотела увидеть тигра. Зверь был не дарханайский, местный, но оттого не менее родной. Его было жаль. Он, как и все в этом саду, был в клетке.

А Василь девушке неожиданно обрадовался. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что никто посторонний их не услышит, он отвернулся к клеткам и вполголоса спросил:

— На что ты готова, чтобы сбежать отсюда, звездочка?

— На все что угодно! — пылко воскликнула Ситара.

— Ты-то нам и нужна. Я дам тебе кинжал. А ты убьешь Змея.

[1] Приближенный чиновник в Угуре.

Такой откровенной нищеты, как в Угуре, Асахан не видел нигде и никогда. Он раньше думал, что народ кохтэ не такой уж и богатый, ведь у них нет ни каменных домов, ни плодородных земель, даже воды почти нет, а вода — главное богатство людей. Без воды нет ни травы, чтобы кормить скот, ни пшеницы, ни сладких ягод.

Воды в Угуре было в избытке. Куда взгляд ни кинь, непременно увидишь или речку, или ручей, или пруд какой. И полей вокруг сколько угодно, и везде что-то полезное растет. А люди сплошь в лохмотьях, какие в моревских землях даже горький пьяница надеть постыдится, а уж про кохов и говорить не след — там-то у каждого добротная одежда имеется.

Асахан и Варвара шли пешком. Показываться на лошадях в угурских землях — себе дороже. Лошади есть только у свободных воинов. Сахи, конечно, умел драться, но на свободного воина он пока не тянул: слишком молод. Да и не любили тут богатеньких. Знающие люди предупреждали: на одинокого человека могли толпой накинуться, убить, раздеть, а тело утопить в ближайшей речке. Знамо, потом там раков можно будет жирных наловить.

Глаза у Сахи были хоть и узкие, но не черные, как у отца, а голубые — в мать. Но это в угурских землях как раз не редкость. Уроженцы восточных островов все сплошь светлоглазые. А что юноша высок и худ — так то и вовсе понятно. Далеко не во всех местных семьях бывает мясо на столе хоть бы и раз в неделю. Словом, Асахан никаких подозрений не вызывал. А вот Варвара местным жителям была страх как любопытна. Многие останавливались, некоторые показывали пальцем и громко обсуждали. Дважды девушку хотели выкупить у молодого воина, несколько раз пытались ночью увести. Не вышло, конечно, Варька уводиться не желала. Она уже сто раз пожалела, что сбежала от отца и увязалась за кохами. Вот и что ей дома не сиделось? Теперь же приходилось выслушивать о себе всякое…