Книга Кухарка поневоле для лорда-дракона, страница 135 – Юлий Люцифер

— Несправедливо.

— Очень.

Арден спешился первым.

— Собираемся. Возвращаемся в замок до ночи.

Томас сразу понял по тону: расспросы потом.

И замолчал.

Удивительное чудо.

Я слезла с лошади чуть неловко — ноги после долины были ватными, будто я прошла не по снегу, а по чему-то более глубокому.

Арден сразу оказался рядом.

Слишком быстро.

Подхватил за локоть.

— Я сама.

— Вижу.

— Тогда отпустите.

Он отпустил.

Но не отошел.

Конечно.

А я внезапно поняла, что дело уже не только в охране или в его желании держать меня рядом.

После чаши он и сам, кажется, чувствовал между нами что-то новое.

Не страсть.

Не даже любовь, хотя и это тоже.

Связь, которая теперь стала не внутренней догадкой, а почти фактом, услышанным от древнего голоса в круге.

И это, к сожалению, делало нас обоих еще более уязвимыми.

Дорога домой к Арденхоллу шла уже в сумерках.

Снег густел.

Лес темнел.

Я куталась в плащ, молчала и только один раз поймала себя на том, что держусь за медальон, будто он теперь не просто защита, а доказательство того, что все случившееся не примерещилось.

Арден ехал рядом.

Не впереди.

Не сзади.

Рядом.

И именно это было, наверное, самым пугающим.

Потому что после долины, где молчала кровь, он уже не просто меня нашел.

Он, кажется, увидел что-то, от чего сам больше не сможет отступить красиво и разумно.

Как и я.

Когда впереди наконец показались башни Арденхолла, мне стало одновременно легче и тяжелее.

Потому что да, мы возвращались домой.

И потому что я уже знала: после наследия забытой драконицы дом больше не сможет делать вид, будто я просто женщина с удачной рукой на кухне.

Теперь я была вписана в их страх куда глубже.

Арденхолл встретил нас светом в окнах и слишком правильной тишиной.

Я почувствовала это еще до ворот. Замок не спал. Не жил обычной вечерней жизнью. Он ждал.

Как зверь, который уже почуял кровь, но пока не знает, с какой стороны к ней подойти.

Во дворе нас встретили сразу трое.

Марта.

Илда.

И начальник внутренней стражи — хмурый мужчина с тяжелой шеей и лицом, будто его еще в детстве учили не чувствовать ничего, что нельзя превратить в приказ.

Все трое смотрели сначала на Ардена.

Потом на меня.

И я сразу поняла: да.

Дом уже все понял.

Не детали.

Не голос Элианы.

Не круг под снегом.

Но главное — да.

Мы вернулись не просто с севера.

Мы вернулись другими.

— Внутрь, — сказал Арден коротко.

Никто не спорил.

Даже Илда.

В малой верхней зале было тепло, но мне все равно хотелось запахнуть плащ плотнее.

Не от холода.

От того, что сейчас снова придется вытаскивать правду кусками и смотреть, как она ложится на лица тех, кто уже заранее считает ее угрозой.

Арден не сел сразу.

Сначала стянул перчатки, бросил их на стол и только потом сказал:

— Говорим здесь. Без лишних ушей.

Начальник стражи коротко кивнул и сам закрыл дверь изнутри.

Марта стояла у камина.

Илда — у стола, положив ладонь на спинку кресла.

Я осталась между ними всеми, как всегда, в самом удобном месте для чужой тревоги.

— Ну? — первой сказала Марта.

— Очень содержательно, — пробормотала я.

— Мне можно, — отрезала она.

— К сожалению.

Арден наконец сел.

Жестом показал мне место рядом.

Не напротив.

Рядом.

И это заметили все.

Все.

Илда ничего не сказала, но я увидела, как чуть дрогнуло ее веко.