Книга Кухарка поневоле для лорда-дракона, страница 133 – Юлий Люцифер

Символом.

Слишком ясным.

Слишком удобным.

— Что нужно сделать в круге? — спросила я.

Арден резко повернулся:

— Нет.

— Подождите.

— Нет.

— Арден.

Он подошел ко мне так быстро, что снег под его сапогами хрустнул резко и зло.

— Мы уже услышали достаточно.

— Нет. Мы только начали.

— Алина.

— Не надо.

Я подняла на него взгляд.

— Не защищайте меня от ответа, за которым сами привезли.

Он стиснул зубы.

Я видела: еще секунда — и либо утащит меня из круга силой, либо…

Либо услышит меня.

Как в последние дни все чаще, к моему ужасу.

И, конечно, он услышал.

Не потому что сдался.

Потому что понял: если сейчас потащит, я потом все равно вернусь к этому месту сама.

— Спрашивай, — сказал он глухо.

Я повернулась к кругу.

— Что именно должно быть доведено до конца?

Мерцание задрожало.

Сильнее.

Будто вопрос попал в самую сердцевину.

Потом голос сказал:

— Связь не должна остаться только между вами. Ее должен признать круг.

Я нахмурилась.

— Что значит “признать”?

Пауза.

А потом:

— Кровью.

Вот тут Арден действительно выругался.

Тихо.

Зло.

По-настоящему.

И я, к сожалению, была с ним полностью согласна.

— Нет, — сказал он сразу.

Голос не ответил.

Только мерцание дрогнуло, словно и без слов понимало: вот эта реакция уже была ожидаема.

— Это обязательно? — спросила я.

— Нет.

Я выдохнула.

Арден тоже.

Но слишком рано.

Потому что голос продолжил:

— Если вы хотите только выжить.

И вот после этого снова стало очень тихо.

Я смотрела в круг и вдруг ясно чувствовала: да, именно здесь лежит граница.

Можно уйти сейчас.

Вернуться в замок.

Спрятаться за охрану, советы, осторожность, поцелуи, страх и все остальное.

Можно просто жить дальше, пока домы будут готовить новые ножи.

А можно признать: без ответа на то, почему я здесь и почему его огонь откликается мне так, мы уже не выберемся из этой истории живыми по-настоящему.

Только отсроченными.

— Не смей думать об этом, — тихо сказал Арден.

Я даже не повернулась.

— Поздно.

— Нет.

— Арден.

— Нет, Алина.

Я наконец посмотрела на него.

И вот тут увидела то, чего боялась.

Не гнев.

Не власть.

Страх.

Чистый.

Голый.

Мужской страх за меня, который он даже не пытался спрятать.

— Вы же понимаете, что если кругу и правда нужно что-то вроде признания, он не перестанет просто потому, что нам это не нравится.

— Плевать.

— Мне нет.

Он шагнул ближе.

— Мне хватит того, что ты жива.

— А мне нет.

Слова вырвались раньше, чем я успела их пригладить.

И именно потому были правдой.

— Мне уже мало просто выжить рядом с вами, если потом весь мир все равно будет объяснять нас своей ложью. Я хочу знать, что это.

Его лицо стало жестче.

— А если цена окажется такой, которую ты не сможешь заплатить?

Я выдержала взгляд.

— Тогда хотя бы это будет мой выбор.

Тишина.

Опять.

Слишком много важного у нас всегда рождалось именно из этой тишины.

Голос Элианы не вмешивался.

Ждал.

Умная мертвая женщина.

Хуже всего.

Дален за краем круга не двигался.

Но я чувствовала его напряжение даже спиной.

Он уже понял: мы стоим не просто у древнего камня.

Мы стоим у точки, после которой у каждого решения будет настоящая цена.

Кровь.

Имя.

Любовь.

Да, теперь уже именно это слово.

Как бы я ни избегала его, как бы ни прятала за злостью и привычкой язвить — оно уже было здесь.

В чаше.

В снегу.