Книга Во власти генерала, страница 58 – Анастасия Марс

— Кажется, мы были… заняты, — прошептала я, и голос мой прозвучал сипло.

Ройс мягко засмеялся, и этот смех, тихий и настоящий, заставил мое сердце сжаться от странной нежности.

— Да, — согласился он просто. Его рука обвила мою талию и притянула меня еще ближе, так что я почувствовала все твердые мускулы его тела. — Полагаю, мы потерпели неудачу в тренировках по контролю магии.

Генерал не спешил отпускать меня. Напротив, его ладонь медленно заскользила по моему животу, рисуя невидимые узоры на коже. Я почувствовала, как по телу разливается тепло и желание, уже не имеющее ничего общего с магией.

— Так что на счет артефакта? — напомнила я, хотя каждая частица меня молила забыть о всяких магических кольцах и отдаться моменту близости.

— Необходимость в артефакте отпала, — огорошил меня Ройс.

— То есть как? — я перевернулась на другой бок, чтобы лучше видеть лицо генерала.

— Этой ночью ты отдала мне мою силу, — огорошил супруг уже дважды.

— Я… что сделала? — мои глаза округлились сами собой. — Но я все еще…

Я хотела сказать, что все еще испытываю к нему сильное влечение, но смущенно замолчала.

— Ты повторила то, что сделала вчера в оружейной. Вероятно, неосознанно, под воздействием новых сильных эмоций, — пояснил Ройс, приподнявшись на локте и окинув меня задумчивым взглядом. — Теперь у нас есть возможность определить природу твоего дара. Уверен, фамильяр де Фростов сумеет помочь нам разобраться в этом вопросе.

Предстоящая встреча с красноглазым змеем пугала и одновременно дарила шанс узнать о себе больше, чем мне было известно. Но и Призрак в свою очередь мог узнать кем я не являлась на самом деле. Кто знает, какими ментальными возможностями обладал фамильяр?

— Не бойся, я не позволю ему как-то навредить тебе, — вдруг произнес Ройс, прочитав беспокойство на моем лице. И твердо добавил. — Никому не позволю.

— Обещаешь? — неожиданно для себя самой попросила я.

— Обещаю, — уверенно кивнул супруг.

— А если твое мнение обо мне изменится?

— Я дал тебе слово, это ничто не изменит.

Я отодвинулась, села на край кровати, вцепившись пальцами в складки одеяла. Сердце колотилось так громко, что казалось, его стук слышен во всей комнате.

— Ройс, — голос мой дрогнул. — Ты должен знать правду.

— Ты должен знать правду, — сказала я и умолкла, размышляя как эту самую правду преподнести.

Я опасалась, что в этот самый момент истины кто-нибудь обязательно постучит в дверь спальни и прервет мое признание. А я не была уверена, что в ближайшем времени снова решусь на такой шаг.

Но, признаться честно, я не только опасалась. Где-то в самой глубине души, в ее темном и трусливом уголке, теплилась слабая, предательская надежда, что кто-нибудь все же постучит. Что звонкий стук в массивную дубовую дверь спасет меня от необходимости произносить слова, которые навсегда изменят все.

К примеру Брунгильда. Однако камеристка вчера так и не вернулась, а значит была прекрасно осведомлена о визите Ройса в мои покои. И, будучи воплощением дисциплины и такта, само собой, Брунгильда не стала бы прерывать сон своих хозяев, пока те сами не дадут о себе знать. Ее шаги в коридоре не станут моим спасением.

А если королева? Но во время нашей вчерашней игры в карты Ровена призналась мне, что в отличие от своего мужа-короля обожает спать до самого обеда. И в отсутствие Его Величества она собиралась сполна насладиться этой «божественной возможностью».