Книга (не) Подарок для дракона. Развестись и не влюбиться, страница 161 – Лана Ларсон

— Я не прошу меня охранять, Эргон, — я сделала еще один шаг, сокращая расстояние между нами до минимума, чувствуя исходящий от него жар. — Я прошу тебя быть со мной. Дай мне почувствовать тебя… всего. Пожалуйста… не уходи.

Его взгляд мгновенно вспыхнул, превращаясь в жидкое золото.

— Ты играешь с пламенем, принцесса, — прохрипел он, делая последние шаги. — И ты понятия не имеешь, насколько сильно я хочу сгореть в нем вместе с тобой.

В следующий миг его сдержанность рухнула, как подтаявший лед на озере Ольрен. Эргон обхватил мое лицо ладонями, его пальцы — горячие, властные — запутались в моих волосах, а губы накрыли мои в требовательном, почти яростном поцелуе. В нем не было нежности, только жажда жизни и страх потери, бьющий через край. Я ответила ему с той же силой, цепляясь за его широкие плечи, теряя контроль и вдыхая его запах.

Мы добирались до кровати, путаясь в шагах и собственном дыхании. Пуговицы его камзола неохотно поддавались моим дрожащим пальцам, а когда его рука скользнула по моей спине, расстегивая молнию платья, я почувствовала настоящий магический разряд. Шелк соскользнул вниз, опав к моим ногам невесомым облаком.

Эргон отстранился лишь на секунду. Его взгляд — тяжелый, восхищенный, почти осязаемый — медленно скользнул по моему телу, заставляя кожу гореть.

— Какая же ты красивая… — сорвалось с его губ шепотом. — Моя. Истинная.

Он притянул меня обратно, и когда наши тела соприкоснулись, мир вокруг просто перестал существовать. Это не было просто страстью — это было сплетение двух изголодавшихся душ. Каждое его прикосновение к моей коже оставляло невидимый светящийся след. Его губы исследовали изгиб моей шеи, ключицы, спускаясь ниже, и я выгибалась навстречу, теряя нить реальности. Я чувствовала его сердце, бьющееся в унисон с моим, слышала его прерывистый шепот, обещающий защиту и вечность.

— Никому, — выдохнул он мне в самые губы, обжигая их своим дыханием. — Слышишь? Ни Тьме, ни Валкарису, ни самому Морхейму. Пусть этот мир рухнет, но ты останешься со мной.

Я уснула в его объятиях уже под утро, когда первые лучи рассвета едва коснулись штор. Чувствуя тяжесть его руки на своей талии и мерное, спокойное дыхание, я впервые за долгое время ощутила себя по-настоящему дома.

Проснулась я от едва уловимого шепота и легкого, почти невесомого прикосновения к волосам. В комнате царил предрассветный сумрак, разбавленный синевой горного тумана.

— Ари… — тихий голос Эргона заставил меня вздрогнуть. — Пора. Мы вылетаем.

Я с трудом открыла глаза и увидела его. Эргон уже был полностью одет в походную кожаную броню, волосы перехвачены ремнем, на поясе — тяжелый меч, светящийся алым светом. Но взгляд, обращенный на меня, всё еще хранил тепло ушедшей ночи, ту нежность, которую он не показывал больше никому.

Я села, прижимая к груди одеяло, чувствуя, как тело приятно ноет, напоминая о каждой секунде, проведенной в его руках.

— Уже рассвет? — мой голос был хриплым со сна. — Мне казалось, мы только что закрыли глаза.

Эргон присел на край кровати, его взгляд потемнел, скользнув по моим плечам. Он на мгновение подался вперед, словно хотел сорвать еще один поцелуй, забыв о долге и войне, но вовремя остановился, волевым усилием сжав челюсти.

— Солнце не будет ждать, когда мы закончим прощаться, — он горько усмехнулся, коснувшись моей щеки тыльной стороной ладони. — Зелим говорит, что сейчас — самый подходящий момент, пока тени ослабли перед первым лучом.