Книга Страшилище, страница 104 – Марьяна Брай

— Марфа, пришли за мной сразу, как Александр появится. Прошу! Не могу я без дела тут. Обещала, оттого и не высовываюсь. Но максимум на пару дней осталось того терпения, – предупредила я.

Проводив гостей, я прогулялась до речки, а потом хотела было уже к Прохору в дом идти, чаи гонять, да его россказни слушать. Но заметила у церкви незнакомый экипаж.

Подумав, мало ли кто приехать мог, постояла и уже почти в дом зашла. А потом как хлопушка в голове взорвалась: экипаж был похож на жандармский.

По спине прокатился холодок. Подтянутый ожогом уголок глаза заслезился. Сначала хотела пойти туда, а потом подумала, что Василий, может, сейчас надеется, что я спрячусь, не выкажет меня.

Дома меня с охами и ахами встретил дед.

— Тама человек приехал. Важный какой-то.

— Жандарм? – уточнила я.

— Нет, одет просто, но то ли военный, то ли еще чего. При власти вроде как.

— Отец Василий ничего не передал мне?

— Нет.

— Ну а он видел тебя?

— Батюшка-то?

— Конечно. Видел он тебя, когда гости приехали?

— Дык как де не видел. Велел домой идти и не мотаться по деревне без дела. Вот пришел и сижу, – он показал на себя руками, как на некий предмет, посаженный на лавку.

Он явно это обо мне хотел намекнуть. Прятаться? Да нет. Просто носа из дома не высовывать!

Я присела рядом с дедом. До вечера было еще далеко. С выпаса возвращались коровы, гремя глухими колоколами, привязанными к шее. Голоса баб, звавшие их на разные лады, дополняли этот оркестр.

Если бы сейчас вошел кто-то, то увидел бы странную картину: молодая, изуродованная огнём барыня и дед под сто лет, сидящие молча на лавке и словно в телевизор, смотрящие в окно. Молча, без дела.

Уж не знаю, так ли планировал все Василий, но спустя полчаса или чуть больше на крыльце послышались шаги. Мы даже дышать с дедом перестали.

— Иди ставь самовар! – велела я.

— Откудава в моей избе такая роскошь, барыня? – искренне удивился он.

— Ну делай чай. В тот раз отвар же мне делал, – поторопила я его.

И совершенно вовремя он подскочил и засуетился у печи.

В избу вошел Василий. Я было выдохнула уже и кинулась ему на встречу, и благо не успела ничего спросить, как следом за ним, низко кланяясь, в недостаточно высоком дверном проёме появился незнакомец. По лицу Василия я поняла, что дело пахнет керосином. Раз Александра с нами нет, надо самим…

— Прохор, иди пока выйди на улицу, – спокойным, тем же смиренным голосом попросил батюшка.

— Вера Николаевна? – мужчина распрямился и впился в моё лицо взглядом. Глаза его отсвечивали цветом коньяка. Тёмная шевелюра с легким завитком, прямой нос, красивый подбородок, подпираемый высоким воротником чёрного мундира. Жаль, я не понимала, какого рода служба явилась по мою душу.

В голове уже черти ставили котёл для меня. Вернее, не черти, а прислужники этой самой Тайной канцелярии, которые свозят всех уродцев типа меня в застенки.

— Да, это я. С кем имею честь…

— Константин Ключевский. Главный сыскной корпус Его Величества, – представился гость, и я поняла, что ни разу не слышала о подобном корпусе. Я и о других не слышала, но что-то в этом «главный… его величества» было по мою душу.

— Очень приятно, Константин…

— Можно просто Константин. Я могу называть вас Верой? – он прошел, хоть я и не приглашала. Отец Василий замер у двери. Теперь он стоял за спиной гостя и мотал головой, прикрыв глаза. Что это означало, я не понимала, но твёрдо решила молчать.