Книга (не) Желанная. Сапфировая герцогиня, страница 109 – Ирэна Рэй

Эпинэ покачал головой и безнадёжно махнул рукой. Как он и полагал, след они потеряли. Предположение Робера подтвердил низкий и унылый зов охотничьих горнов.

Из замка они выехали, как только начало светать, а следовало подождать. Погода превратила охоту из ожидавшегося развлечения почти в наказание.

Робер обернулся. Перестук копыт, позвякивание шпор, лай охотничьих псов — весь тот особый шум, сопровождающий любую охоту, наплывал на него из тумана, а вскоре и вся их компания приблизилась к нему, и, судя по постным лицам, рады прогулке они были не больше, чем сам Робер. Даже никогда не унывающая Матильда.

— В таком туманище разбежавшуюся свору не собрать и за полчаса, — сказала принцесса, приблизившись к нему. — Но Альдо всё равно хочет сейчас же ехать в лес.

— Кажется, собаки взяли след кроликов, — усмехнувшись, сообщил Удо Борн, которого Робер знал ещё со времён учебы в Лаик.

— Кроликов! — хохотнула Матильда. — Хочешь сказать, что после всего хвастовства, которое мы терпели всю прошлую неделю, мой внук решил устроить нам королевскую охоту на кроликов?

— Альдо обещает, что главная добыча ещё впереди.

— Как же, — скептически хмыкнула принцесса.

Робер выпрямился в седле и, подобрав алую кожаную уздечку, направил Дракко туда, где Альдо, судя по громкому сердитому голосу, устраивал кому-то королевскую выволочку.

Эпинэ был уверен, что, несмотря на внешнюю браваду и самонадеянность, Альдо и сам уже понял, что дал команду выезжать слишком рано. Но принц никогда в этом не признается. Он лучше найдёт виноватых.

Робер подъехал ближе. Так и есть — хмуря брови, Альдо во всю распекал доезжачего.

— Где ты набрал этих собак? Они будто ни разу в жизни не видали живого оленя!

Робер подумал, что надо бы спасать беднягу и успокоить Альдо. Хотя в последнее время с принцем стало совсем трудно. Он всё время был в скверном расположении духа и срывал свою злость буквально на всех, несколько раз доставалось и Роберу. И хотя Альдо потом приходил и как ни в чём не бывало начинал разговор, неприятный осадок оставался. Эпинэ старался подбодрить друга, но получалось плохо.

Вернувшись из Варасты в Агарис Робер сразу нарвался на недовольство сюзерена.

— Я так и знал, что из этой гоганской затеи с Кагетой ничего не выйдет!

— Альдо, я подвёл тебя, — покачал головой Робер.

— Не ты. Это всё рыжие торгаши и Дорак с Алвой, перехитривший Адгемара. Ты не должен был сдаваться Ворону и брать всё на себя.

— У меня не было выбора, — попытался объяснить Робер. — Я думал, он хочет уничтожить половину Кагеты.

— А он не хотел? — с сомнением поинтересовался принц.

— Нет, но со мной или без меня, он всё равно добрался бы до Адгемара. Алва сразу понял, что тот обманывает всех.

— Как тебе удалось выбраться?

— Меня спас Алва.

— Не может быть! — не поверил Альдо.

— Он прикончил Адгемара, а меня отпустил на все четыре стороны. Мой конь и деньги — всё это дал Ворон. А я взял! — стиснув зубы, выплюнул Робер. От отвращения к себе тошнило. — У человека, который утопил в болотах Ренквахи мою семью, погубил Риченду…

— Робер хватит уже об этом.

— Он снова всех обыграл, — Робер надеялся, что на этот раз Альдо поймёт, что корона ему не светит, но принца ничего не могло переубедить. Он свято верил в свою выдумку, потому что не был ни в Ренквахе, ни в Сагранне, всю жизнь прожил в Агарисе, а все его познания о стране, которой он собирается править, почерпнул из чужих рассказов и описательных наук.