Книга (не) Желанная. Сапфировая герцогиня, страница 100 – Ирэна Рэй

Первым желанием Риченды было отказаться, сославшись на недомогание. Так можно было получить отсрочку на несколько дней, но что если Дорак сам явится к ней? Духовному лицу, тем более, самому кардиналу, допустимо навещать страждущих, дабы нести им утешение.

Риченда не знала, что делать, и тогда вспомнила слова Рокэ о Савиньяке. Она послала ему записку с просьбой прийти и теперь с нетерпением ждала графа.

Новый комендант Олларии появился спустя полчаса. Роскошный военный мундир, свидетельствующий о высоком чине, придавал Лионелю значительный вид и ещё более подчёркивал его высокую, статную фигуру. Густые светлые волосы, откинутые назад, открывали строгое мужественное лицо. Выразительные тёмные глаза смотрели прямо и твёрдо.

Всякий раз, глядя на Лионеля, Риченда невольно вспоминала его младшего брата Эмиля и поражалась тому, как, имея одни и те же фамильные черты, братья так кардинально отличаются. Общаться с Эмилем было приятно, Лионеля — хотелось сторониться.

— Добрый день, герцогиня, — церемонно поздоровался Савиньяк. Манеры его как всегда были сдержанно-холодны. — Вы хотели меня видеть?

— Да, граф. Прошу вас, проходите. Желаете шадди или вина? — вежливо поинтересовалась Риченда.

— Благодарю, нет. У меня мало времени.

— Простите, что отвлекаю вас от дел. Рокэ сказал, что я могу обратиться к вам за помощью.

— Чем я могу быть вам полезен? — безучастно осведомился Савиньяк.

— Мне нужен совет, — призналась Риченда. — Вот, взгляните, — она взяла со стола и протянула Лионелю послание Дорака. — Его Высокопреосвященство желает меня видеть. Сегодня.

Лионель быстро пробежал глазами записку и вернул её Риченде.

— Кардинал Талига не тот человек, приглашение которого следует игнорировать.

— Я понимаю. Просто я не знаю, чего он от меня хочет, и потому…

— Не знаете? — чёрные как уголь глаза сузились и смотрели на неё в упор. Безотрывно, изучающе — так, что Риченде стало не по себе.

Она не знала, посвящён ли Савиньяк в историю с кольцом, но что-то в его тоне и взгляде подсказывало ей, что он обо всём если и не знает наверняка, то догадывается. Он и раньше не слишком её жаловал, а теперь и вовсе презирал.

— Когда будете говорить с кардиналом, старайтесь сохранять спокойствие и ни в чём не сознавайтесь. А сейчас, простите, меня ждёт служба, — Лионель поклонился и распахнул дверь. — Всего доброго, герцогиня.

— Граф, — окликнула его Риченда, и Савиньяк обернулся. — Вряд ли вы мне поверите, но хочу, чтобы вы знали: я не желаю ему зла.

Пару мгновений он смотрел на неё с лицом, на котором не выражалось ничего, кроме холодного равнодушия, затем коротко кивнул и вышел.

Витражное окно было распахнуто настежь — на запад. За ним, омывая багровым пламенем купола церквей, нестерпимо горел яркий, раскалённый закат.

С древних времён смотреть в закат считалась плохой приметой, но зрелище завораживало, и Сильвестр не мог отвести от него глаз. Но вдруг закат перечеркнула чёрная птица. Бесшумно ударив крыльями, она опустилась на подоконник. Заскрежетали по дереву когти и, словно пальцы, вцепились в край окна.

Это был ворон, и Сильвестр невольно улыбнулся:

— Ворон и ветер — то, что нужно!

Будто услышав его, птица подняла голову, и Сильвестр едва не отшатнулся. Ворон смотрел на него немигающим взором синих глаз, в которых поблёскивали красные искры Закатного пламени.