Книга Тень против света, страница 135 – Сира Грин

Мне было физически больно смотреть на него. Стоило нашим взорам встретиться, как вина накатывала с новой, неодолимой силой, сдавливая горло и не давая сделать полноценный вдох. Но вопросы, копившиеся внутри ядовитым осадком, требовали выхода.

— Ты ведь по своей воле шагнул за мной в портал? — спросила я после долгой, изматывающей паузы. Голос прозвучал глухо, почти шёпотом, едва различимым за стуком колес.

— Да, — ответил он мгновенно, без тени сомнения или секундного раздумья.

— Идиот, — выдохнула я, зажмуриваясь до цветных пятен перед глазами.

Если бы он остался дома, мне не пришлось бы сейчас до боли в висках терзаться мыслями о судьбе нашего мира. Там был бы Герой — несокрушимый оплот, тот, кто встал бы на защиту слабых и железной рукой удержал порядок. А что теперь? Теперь они остались сиротами, лишившись своего единственного защитника. И всё это — из-за меня. Из-за моей минутной слабости и из-за этого безумца, который счёл правильным бросить всё и добровольно шагнуть в бездну вслед за врагом.

Какой же это был вопиюще глупый, в корне неправильный поступок. Настоящее стратегическое самоубийство, не поддающееся никакой логике.

И всё же… вопреки всему я почувствовала, как на моих губах расцветает улыбка. Горькая, лишняя, абсолютно неуместная в этом мрачном контексте, но щемяще-теплая.

Я была рада.

До дрожи в костях, до позорного замирания сердца рада тому, что в тот роковой миг он выбрал меня, а не свой священный долг.

Эта радость казалась мне отвратительной, почти кощунственной. Ведь так не должно быть в правильных сказках. Он — символ, он обязан думать о народе, о тех тысячах жизней, которые клялся оберегать. Его помыслы должны быть заняты спасением невинных, а не демоном, приносящим в его судьбу одни лишь несчастья и пепел.

В голове вдруг отчетливо, почти осязаемо прозвучал его голос, вкрадчиво повторяя вчерашний вопрос:

«Почему ты решаешь за меня?»

Я крепче зажмурилась, до боли впиваясь пальцами в край подушки. Да потому что мне до смерти не нравится то, как ты меняешься, Идо! Потому что мне по-настоящему страшно от того, что твой взгляд стал иным — в нем больше нет той спасительной, ледяной ненависти, к которой я привыкла и которая служила мне щитом. Теперь там поселилось что-то другое, куда более опасное.

Моё сердце начинает предательски дрожать от ядовитой, запретной надежды на то, что всё это — не изощренная магическая ложь. Что ты действительно честен со мной в своём безумии. Что ты можешь быть рядом не как герой на недосягаемом пьедестале, не как холодный символ, которому я обязана соответствовать, а как человек, способный просто понять. Тот, кто встанет по мою сторону. Несмотря ни на что. Всегда.

Но это будешь не ты. Я не позволю тебе стать этим человеком.

«Слишком поздно. Ты мне не нужен», — я повторяла это про себя как мантру, как защитное заклинание, пытаясь выжечь это убеждение в самом центре своего сознания. Я исступленно убеждала себя, что одиночество — это мой единственный истинный дом, моя естественная и безопасная среда обитания. Но сердце в ответ билось как безумное, напрочь игнорируя ледяные доводы рассудка. Стоило лишь на мгновение позволить себе представить твою теплую, живую улыбку, обращенную ко мне без тени привычного осуждения, и все мои тщательно возведенные баррикады рушились, превращаясь в жалкую груду серого пепла.