Онлайн книга «Тень против света»
|
Я знала, где его искать. Сердце подсказывало безошибочно. В тамбуре. Там, где грохот стыков колес заглушает крики, а ледяной ветер из щелей способен остудить даже самое раскалённое отчаяние. * * * Когда я вошла, он замер у окна. Идо неотрывно всматривался в глухую ночную тьму, словно пытался вытравить из неё ответы, которые мир задолжал ему за все эти годы лжи. Моё появление он осознал не сразу — лишь когда я, преодолев минутное колебание, осторожно коснулась его плеча. Сначала он не шелохнулся, застыв каменным изваянием, и лишь спустя долгую, тягучую паузу медленно обернулся. Его взгляд был затуманенным и пустым; он смотрел сквозь меня, всё ещё запертый в тесной клетке собственных, только что оживших воспоминаний. — Пошли обратно, — тихо позвала я, отчаянно стараясь скрыть дрожь в голосе и пальцах. Он несколько секунд изучал моё лицо с пугающей тщательностью, будто искал в моих чертах подтверждение реальности. А затем его губ неожиданно коснулась мягкая, надломленная улыбка — горькая и беззащитная одновременно. Идо шагнул вплотную и порывисто обнял меня — крепко, до хруста, ища в моём теле единственную опору в рушащемся мироздании. Его голова тяжело, с немым доверием опустилась мне на плечо. — Спасибо, что ты рядом… — прошептал он в самый воротник моей кофты. Я почувствовала, как он судорожно сжал объятия, словно боялся, что я растворюсь в холодном тамбурном дыму, оставив его в одиночестве. Я застыла, не сразу найдя в себе силы на ответный жест. Слов не было, да и к чему они в этой грохочущей железной коробке? Ему просто жизненно необходимо было ощутить тепло живого существа, знать, что он не один в этом внезапно опустевшем, выжженном мире. Даже если этим «живым существом» была я — его вечная тень. Я просто обняла его в ответ. Минут через десять мы вернулись в купе. В тишине опустились на свои места, но воздух в замкнутом пространстве стал ощутимо гуще, наэлектризованнее, чем прежде. Не успела я толком устроиться, как Идо взял мои ладони в свои — бережно, почти благоговейно, словно касался бесценной, хрупкой реликвии. Я опешила. Инстинктивно дёрнулась, пытаясь высвободиться, но он удержал — не грубой силой, а какой-то немой, лишающей воли мольбой в глазах. — Опять вся боль достается тебе… — едва слышно произнес он, глядя на мои искалеченные предплечья. Его пальцы медленно, почти невесомо проследили за извивающимися контурами синих магических ожогов. От этого прикосновения по телу прошла странная, незнакомая волна — это не было мукой. Это было нечто пугающе интимное, пробирающее до самого нутра, выворачивающее душу наизнанку. — Прости меня, — почти выдохнул он. А затем, прежде чем я успела осознать его намерение, он склонился и коснулся губами моих ладоней. Этот мимолетный, горячий поцелуй обжёг сильнее любой молнии. Я резко выдернула руки, пряча вспыхнувшее смущение за привычной маской ледяного безразличия, хотя сердце в груди уже пустилось вскачь, нарушая весь мой хваленый самоконтроль. — Ничего страшного, — отрезала я, отчаянно пытаясь заглушить и предательское смущение, и пульсирующую боль в предплечьях. — Это пустяки, сущая мелочь. И вообще, это мне стоило бы просить… Я не успела договорить. — Не стоит, — перебил он, его голос звучал спокойно, но с той непреклонной твёрдостью, что не позволяла мне взвалить на себя груз чужого греха. — Ты уж точно не та, кому нужно извиняться. Наоборот… я благодарен тебе, Нит. Ты нашла в себе силы открыть мне глаза на истину, какой бы горькой она ни была. |