Книга Тень против света, страница 130 – Сира Грин

— Это было жестоко, Нит. Знаешь об этом? — тихо произнес он.

— Ой, да брось! — я тоже вскочила, зеркально упираясь руками в столешницу, чтобы не дать слабину и не отступить. — Знаешь, что по-настоящему жестоко? Годами обещать мне смерть, а потом вдруг, в одночасье, набиваться в друзья.

— Напомни-ка, — он чуть склонил голову набок, и на его губах заиграла вкрадчивая, опасная усмешка, от которой по спине пробежал холодок. — Когда именно я в последний раз говорил, что искренне хочу тебя убить? Ну же, Нита. Напряги память. Когда?

Я захлебнулась от собственного возмущения и… осеклась. В голове воцарилась звенящая пустота. Я лихорадочно перебирала воспоминания, пытаясь выудить хоть одну отчётливую угрозу расправой, но память подло буксовала. Ведь было же!Точно было… лет шесть назад? Или пять?

— Ну как, освежила хронологию? — его улыбка стала ещё более хитрой, торжествующей, как у кота, загнавшего мышь в угол.

— Это ничего не меняет! — процедила я сквозь зубы, чувствуя, как проигрываю этот раунд. — Я не стану твоим другом. Ни при каких обстоятельствах.

— Ну, не другом, так не другом, — он сократил расстояние между нами до минимума. Его пальцы коснулись моего подбородка, властно, но осторожно заставляя поднять голову. — Нашим отношениям можно будет подобрать иное определение. И, признаться, этот вариант импонирует мне куда больше.

Хитрая ухмылка мгновенно сменилась самодовольным, почти хищным оскалом. В этот миг мне отчаянно, до зуда в костяшках, захотелось врезать ему. Вряд ли бы это остудило его пыл, но мне определенно стало бы легче дышать.

— Серьезно? Полагаешь, твои дешёвые уловки на меня подействуют? — я не отстранилась. Напротив, я пошла в контратаку: накрыла его ладонь своей и, вызывающе глядя в самую глубь его зрачков, медленно прижалась щекой к его тёплой коже. — Ты ведь в курсе, Идо, что твой типаж совершенно не в моем вкусе? Мне всегда нравились утончённые голубоглазые блондины.

Наглая, беспардонная ложь. Блондинов я терпеть не могла…

— Боги, Нита, — он приглушенно фыркнул, не скрывая искренней иронии. — У тебя совершенно прискорбное отсутствие вкуса. Но ничего. Я готов это великодушно вытерпеть. Поверь, моё лицо тебе ещё не просто приглянется — ты начнешь искать его в каждой толпе, задыхаясь от ожидания.

— Мне и характер твой не по душе, — парировала я, вкладывая в голос всю оставшуюся твёрдость, чтобы не выдать предательскую дрожь.

— Не спорю, — он усмехнулся, и в этой усмешке было больше подлинности, чем во всех его высокопарных геройских речах прошлого. — Характер у меня далеко не сахарный. Но тебе просто нужно время, чтобы узнать меня настоящего, без доспехов и масок. Признай… ты ведь уже привыкла ко мне. Я ведь больше не кажусь тебе настолько уж невыносимым? Скажи, я прав?

Его ладонь, всё еще горячая и настойчивая, мягко, но уверенно притянула меня ближе.

— Ты, оказывается, безнадёжно наивен, Идо, — я отстранилась лишь для того, чтобы медленно обойти стол и встать к нему почти вплотную, бросая молчаливый вызов. — Но ты ведь всё-таки Герой. А героям, как известно, толпа прощает любые причуды и безумства.

В его глазах вспыхнуло нечто опасно-довольное. Это не было прямолинейное торжество победителя — скорее азарт расчётливого хищника, который наконец нащупал слабое место в броне жертвы и теперь не намерен разжимать хватку.