Книга Эра скорпиона. Том 1, страница 19 – Егор Серебрянский, Тальяна Орлова

Тот снял большую комнату на три дня вперед, оплатил золотыми дайрами. Заселился вместе с охраной и поначалу вел себя прилично. Я даже фамилии его отца припомнить не могла, поэтому считала семейство не особенно известным. И вот ровнехонько на третий день он перепил и начал зажимать Селену в углу. Господин Тайт чутко контролировал изменение настроения. Как и всегда прежде, он начинал вмешиваться лишь в случае, если клиент перебарщивал и тащил служанку в свою комнату.

Однако на этот раз баронский отпрыск и не заморачивался с такими мелочами, как уединение. Он прижал Красотку прямо в общем зале, где уже не осталось других посетителей, и под ее визги и собственный поросячий хохот задрал ей юбку. Неужели прямо здесь, на глазах у стольких свидетелей он готов изнасиловать бедную девушку? Селена уже забыла об осторожности и со всей силы отбивалась, хотя тем только еще сильнее раззадоривала извращенца. Оба его охранника замерли поодаль, ничуть не тушуясь от происходящей сцены — должно быть, далеко не впервые наблюдали подобное.

Господин Тайт подлетел и завел свою обычную волынку — про заразную девицу, про бордель тремя домами дальше по улице… Но впервые на моей памяти баронскому сынишке было плевать на услышанное. То ли он оглох от последней кружки вина, то сам уже собрал в штанах столько заразы, что его подобным не испугать. Тогда хозяин был вынужден силой отпихнуть насильника от Селены и встать между ними. Распорядился сухо — и сразу стало понятно, к кому он обращается:

— Уйди. И чтобы дня два здесь не показывалась. — Селена тотчас поправила уже стянутые панталоны и рванула с места, вытирая с лица слезы и сопли. Господин Тайт без паузы поклонился в пояс и запричитал продолжение своей речи: — Юный аристократ достоин лучшего, а не какой-то там грязной прохиндейки! Будьте добры, дайте мне всего четверть часа, и я приведу…

Договорить он не успел — кулак ублюдка впечатался ему в скулу. И почему-то сейчас охранники отмерли — вероятно, хозяин заведения, с их точки зрения, совершил ошибку, притронувшись к бароньему гаденышу. Падая на пол, Тайт завопил что есть мочи:

— Бегите! Прячьтесь!

Мы, все еще застывшие где попало, бросились в рассыпную, получив четкий приказ. Тайт хорошо понимал, что когда эти ублюдки закончат с ним, то поймают первую, кто подвернется под руку и отыграются на ней. Дядя Эд, наш пожилой сторож, побежал не на выручку хозяину, а на улицу. Это он правильно сделал — городок маленький, полицейский участок недалеко, и позвать на помощь — единственный выход из сложившейся ситуации.

Я же растерялась, а потом поняла, что через весь зал бежать уже опасно, и залезла в кухонный шкаф, подвинув мешок с картошкой. То хватала воздух судорожными глотками, то вовсе прекращала дышать. В узкую щелку мне было видно происходящее.

Господина Тайта жестоко избивали — лупили ножкой разломанного стола, пинали. Он сжался калачиком и уже даже стонать прекратил. Или мертв, или вот-вот испустит дух.

Я с трудом отлепила ладонь от зажатого рта, с хрипом протолкнула воздух в легкие и открыла дверцу. Вывалилась на пол, вмиг вскочила и схватила сковороду с плиты. Сделала неуверенный шаг вперед — уроды пока не смотрели в мою сторону, увлеченные своей забавой. На что я рассчитывала? Только на то, что колено дяди Эда не подведет, и остались секунды до появления здесь полицейских. Секунды, которые Тайт уже вряд ли переживет. Мой отец, мой дед, мой прадед были героями! А я намереваюсь вернуть себе лицо, имя и титул. Разве кто-то из них отсиделся бы сейчас в сторонке? Если бы я сумела закрыть на происходящее глаза, то и не по праву мне быть герцогиней Росс.