Книга Возвращение домой, страница 40 – Анжелика Меркулова

— Нет, — ответила она, и это была правда. — Хочу Кристиана. Я еле удержалась, чтобы не наброситься на него прямо там.

Слова повисли в воздухе, как последний аккорд в мелодии, которая ещё не закончена. Они были брошены не как вызов, а как исповедь. Как признание в том, что она не контролирует свои чувства. Что они рвутся наружу, несмотря на ее стальную волю.

Хранитель молчал. Но Алиса знала: он слышит всё. Её сердце, её страх, её боль. И, возможно, даже её любовь.

И именно в эту секунду она впервые осознала — эти чувства не новые. Они старше времени, древнее любого заклинания. Просто она не могла их назвать раньше.

Потому что любовь к нему была частью её самой.

Ее имени.

Его власти.

Его света.

Ее тьмы.

Поймав несколько сочных искр наслаждения, что прокатились по её телу волной, Алиса наконец смогла сконцентрироваться. Магия, жившая внутри неё, откликнулась на призыв с лёгкой дрожью воздуха, будто кто-то невидимый вздохнул перед началом чего-то важного. Пространство над поверхностью воды слегка замерцало, как отражение в рябящей глади озера, и в следующее мгновение — он был здесь.

Кристиан стоял, полностью обнажённый, но взгляд его затуманился, полный недоумения и беспокойства. Он не понимал, где находится. Не знал, почему очутился именно здесь, в этом странном, наполненном ароматами жасмина и магии месте, окружённый стенами пара и пены.

Его обеспокоенный взгляд остановился на Алисе, которая всё ещё сидела в воде, укрытая воздушной пеной, но уже развернувшаяся к нему. В её глазах не было обычной мягкости подруги, нет — они горели чем-то другим, что заставило его внутренне напрячься.

— Алиса, где я? Что здесь происходит? Что ты делаешь?

— Ммм… Как много вопросов, — протянула она, медленно приподнимаясь из воды. Капли стекали с её кожи, как поцелуи дождя, оставляя её блестящей в мерцающем свете. Она направилась к нему, игриво поползла вперёд, как хищница, готовая загипнотизировать свою добычу. — Значит, вот как ты ночуешь дома? Я хочу рассмотреть тебя поближе.

Её рука скользнула по его бедру — холодная, осторожная, но решительная. Пальцы двигались медленно, томительно, будто бы ощупывали каждую линию его тела, запоминали каждый изгиб. Кристиан замер. Он не двигался, не сопротивлялся, только дыхание стало частым, тревожным.

— Не надо, Алиса, — прошептал он, голос сдавленный, полный боли и страха. — Мы же друзья.

— Если ты узнаешь меня настоящую, — ответила она, почти шёпотом, но в её голосе звучала уверенность, почти вызов, — больше не захочешь со мной дружить. Но сегодня ты мой пленник, и я буду делать с тобой всё, что захочу.

Она улыбнулась, не зло, но с какой-то глубокой, почти животной уверенностью. И это пугало больше всего.

— Алиса, это не правильно. Ты этого не хочешь! — попытался он возразить, но голос дрогнул, выдавая собственную слабость.

— Значит, вот как? — произнесла она, чуть насмешливо, чуть печально. — Разве ты сам не хотел, чтобы наша дружба стала ещё ближе?

Заняв удобную позицию на бортике ванны, юная леди одной рукой продолжала ласкать себя, позволяя желанию накаляться, становиться плотнее, будто оно тоже ожидало чего-то большего. Другой рукой она уже давно бесцеремонно касалась его, исследуя его тело, словно хотела прочувствовать каждое дрожание мышц, каждый вздох, каждый импульс его страха и вожделения.