Книга Отвергнутая невеста. Целительница на краю империи, страница 85 – Виктория Богачева

Теперь, когда я знала, что не существовало никакой тоски по умершей матери Кассиана, а год назад что-то произошло между ним и отцом, отчего тот вспомнил о бастарде, я не сомневалась: именно бывший жених виноват во взрыве артефакта… Только вот не было для него смысла причинять вред мне. Возможно, произошедшее с брошью было случайностью, и Кассиан вовсе этого не хотел.

Тогда чего он пытался добиться?.. Он явно затаил на отца злобу и ненавидел брата-бастарда, считая, что тот отберёт у него всё, как уже отобрал расположение лорда Рикарда. При желании он мог назначить Дарена своим наследником и лишить Кассиана этого статуса.

Возможно, на самом деле Кассиан хотел навредить оцту. А взрыв артефакта стал лишь досадной случайностью, помешавшей его дальнейшим планам…

Только вот зачем он хотел, чтобы я непременно осмотрела брошь и воздействовала на неё магией? Не скрывалась ли за этим какая-то цель?..

Отвести от себя подозрения, если он действительно злоумышлял против лорда Рикарда?..

Обвинить во всём меня?..

Догадка так меня ошеломила, что я остановилась, тяжело дыша, и приложила ладонь к прохладной стене, потому что мир перед глазами начал вращаться.

Но всё, наконец, сошлось! И даже взрыв портала, из-за которого я оказалась в Последнем пределе, вдруг обрёл смысл. Кассиан заметал следы. Может, испугался, что я обо всём догадаюсь? Или что попробую связаться с лордом Рикардом в обход него? И выясню, что не существовало ни броши, ни любви к первой жене.

Мог ли Кассиан напитать брошь какой-то особой драконьей магией? И если бы не моя драконья часть, о которой он не знал, я бы её даже не почувствовала? Но вышло иначе, на неё откликнулась моя глубоко запечатанная вторая сущность, и потому брошь взорвалась?..

Вздохнув, я прислонилась лопатками к каменной стене и запрокинула голову, пытаясь успокоиться. Слишком многое на меня свалилось. Слишком многое нужно осмыслить, прежде чем я сделаю следующий шаг.

И не только по этому коридору.

Вечер неуклонно приближался, и когда до заката оставался час, я отправилась разыскивать Эйнара. Несмотря на позднее время, драконы по-прежнему пытались заделать дыру в стене, и он нашёлся во дворе. Каменные обломки всё ещё громоздились у подножия пролома, и одного взгляда хватило, чтобы понять, что сегодня закончить они не успеют.

Эйнар переходил от одной группы драконов к другой, раздавая короткие, резкие указания. Его фигура выделялась над прочими: широкие плечи, суровый профиль, напряжение в каждом движении. Он следил, чтобы работа шла слаженно, и то и дело вскидывал голову, проверяя, как держатся защитные чары над ослабевшей стеной.

Заметив меня, он указал подбородком на место подальше от пролома. Я ждала, пока он закончит отдавать распоряжения Кейрану, и едва сдерживала себя, чтобы не смотреть слишком пристально. Когда Эйнар направился ко мне, поправляя закатанные рукава простой чёрной туники, я поймала себя на том, что взгляд сам собой скользнул вниз.

На широкие, загрубевшие ладони. На сильные жилы, проступавшие под загорелой кожей. На запястья, где мышцы перекатывались при каждом движении. В них было что-то пугающе надёжное.

Я слишком долго задержала взгляд, и сердце предательски забилось чаще. Эйнар заметил. Его золотые глаза чуть сузились, угол рта дрогнул. Я поспешно отвернулась, но было уже поздно, он успел увидеть.