Книга Отвергнутая невеста. Целительница на краю империи, страница 109 – Виктория Богачева

В ответ Эйнар лишь очень выразительно на неё посмотрел. Вздохнув, женщина опустила голову, и руки безвольно повисли вдоль тела.

Вокруг меня не смолкали разговоры, слышались повторяющиеся вопросы: насколько опасно снаружи? Что произошло? Почему тварей так много? Неужели они смогут прорваться за стену?

— Не припомню такого, а я ведь пять лет здесь служу, — качала головой одна из кухарок.

— А нечего припоминать, — сварливо отвечала ей другая. — Со дня основания Каменного пояса жуть такой не случалось, у меня здесь ещё бабка трудилась.

Я отошла от них, чтобы не слушать дальше. О причине перемен я догадывалась.

Во всём была виновата моя близость к Разлому. Если Эйнар прав — а я была убеждена в этом, и дракон, чей огонь породил эту трещину, действительно мой отец, то она могла чувствовать моё присутствие. И потому бесновалась теперь особенно сильно.

Подняв голову, я натолкнулась на немигающий взгляд Эйнара. Я как раз отошла к самому краю толпы, и теперь дракон решительно направлялся ко мне. За его спиной Кейран уже отдавал распоряжение насчёт раненых и целительской, а по стенам наряду со светом факелов скользили отблески алых всполохов, что расчерчивали небо.

— Никуда не смей уходить, — сказал Эйнар, едва поравнявшись со мной. — Я приказал не спускать с тебя глаз, Лианна, и не хочу видеть тебя снаружи.

Потупив взгляд, я неопределённо пожала плечами. Он забывал, наверное, что я была единственным человеком во всей крепости — а может, во всей Империи — кто мог лечить драконов от оставленных Разломом ран.

— Пообещай мне, — с нажимом потребовал он, каким-то безошибочным чутьём угадав, что за мысли бродили у меня в голове.

— Не увидишь, — сказала я, и слова можно было истолковать двояко.

Но у Эйнара не было времени погружаться в подобные тонкости. Кивнув, он опалил меня взглядом на прощание и поспешил к дверям из зала. Невольно я вспомнила первую ночь в Последнем пределе, которую я также провела здесь, вместе с Рионом. Тогда я думала, что самое страшное со мной уже приключилось.

Глупо.

Снаружи громыхнуло. Так, что стены зала дрогнули, и посыпалась пыль. Я чувствовала, как под ногами вибрирует камень. Факелы трепетали, огонь то вспыхивал, то гас, тени метались по каменным плитам, словно живые. Рёв драконов сливался с визгом тварей — тонким, будто тысячи ржавых клинков скребли по стеклу. От этих звуков хотелось закрыть уши.

Внезапно по боковой стене прокатился удар. Огромный кусок каменной кладки рухнул где-то во дворе, от ударной волны сорвало одно из оконных перекрытий, стекло рассыпалось с потолка осколками.

Грохот стоял такой, что казалось, что Разлом ползёт прямо под стенами Последнего предела и вот-вот сомкнёт на нём свои чёрные, когтистые пальцы. Людей охватила паника, мне и самой сделалось безумно страшно, и мы, запертые в помещении и осыпаемые градом ударов, заметались по залу в поисках укрытия, пусть и прекрасно понимали, что спрятаться не выйдет.

Кейран и драконы, которых Эйнар приставил следить за порядком, безуспешно пытались обуздать панику, но я видела, как они сами бросали полные тревоги взгляды на стены и потолок, когда те начинали трястись. Происходило нечто пугающее, то, что прежде не случалось, и никто не знал, как закончится эта ночь.

Можно было уповать на толстую кладку крепости, но я видела, как твари проломили стену, а она ничуть не уступала в прочности.