Книга Отвергнутая невеста. Целительница на краю империи, страница 106 – Виктория Богачева

И прежде чем я успела ответить, Эйнар резко склонился и поцеловал меня. Его губы были горячими, обжигающими, и от одного прикосновения меня словно молнией пронзило до самых кончиков пальцев. Я судорожно втянула воздух, но он не дал мне отстраниться: его ладонь крепко держала мою шею, а большой палец скользил вдоль линии челюсти.

Я вцепилась в его одежду, сминая ткань в кулаках. Эйнар прижал меня ближе, так, что я ощутила жар его тела, его силу, напряжение каждой мышцы.

И в этот миг где-то глубоко внутри меня низко и довольно заурчала моя драконница.

— Значит, поэтому меня так сильно тянет к Разлому? Он был создан из огня моего… отца?..

Я задумчиво посмотрела на портрет, который по-прежнему держала на коленях. Я ничего не чувствовала. Ни связи, ни особого трепета, и в голове крутились только бесконечные вопросы.

— А ты слышишь его зов из-за того, что его часть находится внутри тебя, — добавила я и повернулась к Эйнару.

Он стоял у высокого стеллажа в нескольких шагах от меня. Чтобы разорвать наш поцелуй, ему пришлось отойти.

— А другие драконы? Почему слышат они?

— Потому что половина Разлома — это драконий огонь. Кхалендир был…

— Или до сих пор сесть… — шепнула я себе под нос.

— Или до сих пор есть, — согласно исправился Эйнар, — очень сильным драконом. Его избрали вождём в то время, когда драконы не признавали ничего, кроме силы. Нас всех тянет к Разлому, потому что в нём мы чувствуем драконий огонь.

— А маги? Почему их не тянет?

— Ты видишь здесь магов? — он скривил губы и нарочито внимательно огляделся. — Быть может, тянет и их. Мы просто не знаем. За пятьдесят лет я не помню, что в крепости появлялся маг.

— Это странно. Тебе не кажется?

Эйнар пожал плечами.

— Здесь много странного.

Я была с ним согласна, но всё же… Может, дело было не только в отце, но ещё и в моей матери? Она была талантливым артефактором, а значит, сильной магичкой. Быть может, на Разлом отзывалась и что-то во мне, что я унаследовала от неё?..

— Что с ним случилось? — подбородком я указала на портрет. — Все были уверены, что он упал в Разлом и погиб. Но двадцать три года назад Кхалендир совершенно точно был жив.

Я услышала сбоку от себя тяжёлый вздох. Даже у Эйнара не было ответов на все мои вопросы.

— Мир огромен, Лианна. Он мог скрываться какое-то время.

— А потом объявился, чтобы обзавестись незаконнорождённой дочерью, и вновь пропал? — я фыркнула со злостью, всматриваясь в глаза Кхалендира на портрете.

Называть его отцом не поворачивался язык.

Дарен был бастардом, Эйнар был бастардам, и я тоже могла быть… потенциально, я ведь не знала, в какой момент всё произошло, и почему в итоге мама вышла замуж за господина Луциана Морвейна? Может, её выдали насильно, чтобы скрыть позор?.. Или же жених обо всём знал?

А ещё был отчим Эйнара, который не позволил изобразить пасынка на портрете своей семьи.

Я тихонько покачала головой. Драконы пока больше разочаровывали, чем очаровывали. Почти всё, кроме нескольких, и один из них стоял сейчас в этой комнате.

— Я боюсь, чтобы получить ответы, мне нужно будет покинуть Последний предел… — негромко сказала я.

Даже мысль об этом пугала. Крепость стала для меня… домом. Суровым и холодным, но единственным местом, где я чувствовала себя защищённой. За её стенами подстерегала опасность, а ещё люди, которые уже пытались меня убить. И те, кто попробует вновь.