Книга Возлюбленная короля, страница 136 – Фрида Ли

— Нет, — бросила я к ему, крепко вцепившись пальцами в рукав его лёгкой рубашки. — Не впускай его сюда. Я молю тебя, Эдуард. Ты совершишь ошибку, если позволишь ему пройти сюда!

— Всё будет хорошо, — попытался успокоить он меня, заметив как от страха посинели мои губы.

Он крепко обнял меня, его губы легонько коснулись сначала моего лба, а потом макушки Лиззи, которая продолжала беззаботно подрыгивать своими ножками у меня на руках.

— Любовь моя, я сразу же арестуют его! Но сначала я хочу увидеть, хватит ли ему смелости посмотреть мне в глаза!

Долго. Слишком долго я сидела на холодной каменной скамье в саду, терпеливо дожидаясь Эдуарда, нежно укачивая на руках Лиззи. Малышка начинала капризничать, недовольно морщила крохотный лобик и тянула свои маленькие ручки ко мне, словно моля о ласке и внимании. И я бы с радостью стала озорно подкидывать ее вверх, если бы мои руки так предательски не дрожали от волнения и тревоги.

— Анна, присмотри за Лиззи. Кажется, ее пора покормить, — произнесла я, передавая дочь в надежные руки кормилицы.

Это было самое отвратительное, самое унизительное правило! Я не могла кормить своего собственного ребенка! Агата могла, а королева уже нет! Словно этот титул отнимал у меня не только свободу, но и саму суть материнства.

“Ваша грудь, миледи, станет некрасивой”, — твердили мне придворные дамы, заботясь о моей красоте, а не о благополучии моей дочери.

“Ваше молоко, миледи, может быть нечистым”, — вторили им лекари, словно подозревая меня в тяжком грехе.

“У принцессы будут хорошие кормилицы, на молоке которых уже выросли розовощекие детки. Вы ведь не хотите, чтобы принцесса голодала, миледи?” — убеждали меня советники, играя на моих материнских чувствах.

И я бы обязательно не стала слушать всех этих лицемерных женщин, не пошла бы на поводу у этих нелепых предрассудков, если бы не один факт, который мне однажды, доверительно сообщила Жакетта: пока я кормлю ребенка грудью, я не могу снова зачать. А Эдуарду нужен был наследник, чтобы укрепить его власть и обеспечить будущее нашей династии.

С тяжелым сердцем, я передала Лиззи Анне и уверенным шагом направилась в дом. И если на улице царила обманчивая тишина и спокойствие, то внутри дворца происходил настоящий хаос, сущий ад. Казалось, что все сошли с ума, потеряв голову от волнения и страха!

Дворец был полон людей. Я даже представить себе не могла, что в многочисленных комнатах этого замка, словно тараканы в темном углу, пряталось столько мужчин в богатых, расшитых золотом и серебром одеяниях. Лорды и сэры приходили и уходили из нашего дома, который был одновременно и жилищем, и рабочим местом моего супруга. Я просто физически не могла всех их сосчитать и тем более запомнить в лицо. Эдуард же, в отличие от меня, каждого знал не просто по имени, он мог за несколько секунд вспомнить родословную каждого, размер содержания, которое платила ему корона, размер налогов, которые они должны были платить короне, и даже сколько каждый из них задолжал казне. И это меня, мягко сказать, поражало. Я не переставала удивляться талантам моего супруга, его выдающейся памяти и острому уму. А он говорил, что это лишь рабочая рутина, от которой ему было никуда не сбежать, тяжелый груз, который он вынужден нести на своих плечах...