Книга Неудачница по вызову, страница 28 – Виктория Цветаева

— И что, с тех пор удача ко мне повернулась? — улыбнулась Лера.

— Ты моя удача, Лера, — сказал он серьёзно. — А не какая-то там неудачница.

— Да ты поэт, Савельев, и романтик, — хихикнула Лера, но глаза её блестели.

— Бизнесмен. Иногда с поэтическими наклонностями. Это всё плохая компания.

— Это я плохая компания?

— Ты лучшая. Самая неуклюжая, самая смешная, самая настоящая. И я тебя люблю.

Она посмотрела на него, на этого человека, который когда-то был её кошмаром, а стал её счастьем и подумала:

«Какая же я была дура, что не любила 8 марта. Это же лучший день в году».

— О чём задумалась? — спросил он, заметив её отсутствующий взгляд.

— О том, что хочу есть, — соврала она. — Ты обещал научить меня готовить пасту, а пока только я тебя кормлю своими талантами.

— Пасту? — оживился Павел. — Да легко. Но учти, я строгий учитель. За неправильно нарезанные помидоры — жвачка на стул.

— Только попробуй! — она шутливо замахнулась кисточкой, которую всё ещё держала в руке.

Он поймал её руку, перехватил кисточку, отбросил куда-то в сторону и притянул Леру к себе.

— Никогда больше, — прошептал он, глядя ей прямо в глаза. — Никаких жвачек. Никаких обид. Никаких «рыжих обезьян».

— А что остаётся?

— Только любовь и паста. И ещё, может быть, немного текилы по праздникам.

— По каким праздникам?

— Например, 8 марта. Я слышал, это отличный день, чтобы обливать незнакомцев коктейлями и находить свою судьбу.

Запрокинув голову назад, Лера заливисто рассмеялась и прижалась к Павлу. Где-то в глубине мастерской тихо играло радио, пахло красками и счастьем, а за окном светило июньское солнце, обещая ещё много таких же тёплых дней.

И это было самое правильное обещание в её жизни.

Пять лет спустя

Лера проснулась от того, что кто-то настойчиво, но очень осторожно гладил её по носу. Она приоткрыла один глаз и увидела перед собой серьёзное личико с двумя смешными хвостиками и огромными голубыми глазами, точно такими же, как у неё самой.

— Мама, там папа пришёл, — торжественно сообщила Маша. — Он тебе цветы принёс. И мне, надеюсь, тоже.

— Обязательно принёс, иначе и быть не может, — улыбнулась дочери Лера, пытаясь сообразить, сколько сейчас времени. — А ты куда их поставишь, в тот стаканчик из-под йогурта?

— Ага, папа сказал, что это самый лучший стаканчик для восьмомартовских цветов.

При упоминании мужа Лера ещё ярче засияла. Павел Савельев умел делать так, что даже пластиковый стаканчик из-под детского йогурта становился частью большого семейного праздника.

— Иди сюда, — она притянула дочку к себе и поцеловала в макушку. — С 8 Марта, моя радость.

— С 8 Марта, мамочка! — Маша чмокнула её в ответ и выскользнула из кровати. — А ты вставай, там ещё сюрпризы!

Лера вздохнула, потянулась и всё-таки открыла глаза окончательно. За окном светило мартовское солнце, где-то внизу шумела Москва, а из кухни доносились звуки, которые могли означать только одно: Павел Савельев собственноручно готовит завтрак, а это, как известно, всегда было чревато маленькими семейными катастрофами.

Она накинула халат и пошла на кухню. Картина открылась та ещё: Павел в фартуке с надписью «Шеф-повар года» сосредоточенно колдовал над сковородкой, где что-то шипело и брызгалось. Маша сидела на своём высоком стульчике и с восторгом наблюдала за этим кулинарным экшном.