Книга Гадалка для холостяка, страница 28 – Анна Белинская

— Я сказал, что скоро приеду. Не начинай, — друг прикрывает трубку ладонью, преграждая звук бьющей по башке музыки. — Оля! — предупреждает друг супругу. — Да! Да! Я с бабами. Со студентками, именно. Сколько их? Сейчас посчитаю! Так… — деланно задумывается друг. — Шесть. Их шесть, Оля. По три нам с Илюхой на каждого. Довольна? Ты это хотела услышать?

Усмехнувшись, качаю головой.

И вот нафига? Нафига, спрашивается, оно надо? Чтобы потом вот так мучаться? Ревность, истерики, слезы — нет, такое не для меня. То ли дело я — никому ничем не обязан, никому не должен и сам ничего не требую взамен.

Сашка раздраженно нажимает отбой и отбрасывает телефон. Рыщет осоловелыми глазами по столу в поисках выпивки, но в наших стаканах пусто.

— Задолбала, — плюется Саша. Вот, а когда-то на секунду оторваться друг от друга не могли. — Ну ты представляешь, Илюх, эта ненормальная считает, что я только и делаю, что студенток окучиваю. В кишках сидит уже своей ревностью. Да у меня свободного времени нет, чтобы новости в интернете почитать или отлить сходить, а не то, что кого-то там клеить, — это точно. Друг зарывается в бюрократии. — Выдра болотная! — вот, а когда-то была заей любимой.

— Тогда уж речная, Сань, — усмехаюсь я. — Выдры в болоте не водятся. Ты же профессор, Ерохин. Стыдно не знать, — подшучиваю над другом, стараясь разрядить обстановку.

— А ты не умничай. Я тебя сколько уламываю защищаться? — вдруг перепрыгивает товарищ.

Да. Было дело. Только за каким лесом мне оно надо? Я и так каждый год веду с другом борьбу на тему моего увольнения.

Честно? Я работаю в вузе только из-за него. Мне даром не сдались те гроши, которые я получаю в должности доцента. Я даже не помню, на какую карточку приходит моя преподавательская зарплата.

Я имею действующий, успешно развивающийся бизнес в сфере тепловодоснабжения. Моя фирма проводит установку и монтаж оборудования для отопления и обеспечивает полный сервис оказываемых услуг. Но каждый год я поддаюсь уговорам Ерохина, филигранно облизывающего мое эго тем, что кроме меня такого специалиста, имеющего опыт в экономике и управлении промышленным предприятием, во всей солнечной системе нет. И да, порой я тщеславен. Но уже в сентябре месяце, когда новые студенты сдают первую контрольную точку, я глубоко жалею о своем решении, и каждый раз обещаю себе, что этот год станет последним.

— Думаешь, рыбки на кандидата технических наук будут лучше клевать, чем на доцента? — перевожу в шутку и поигрываю бровями.

— Да на твою смазливую рожу будут клевать, даже если ты будешь ассистентом, — усмехается друг.

Телефон Ерохина вновь неистово вколачивается в поверхность стола, и сквозь мобилу я ощущаю, насколько смертельно заряжен звонящий абонент.

— Слушаю! — Сашка хватает трубку и, прикрывая свободной рукой ухо, встает из-за стола. Губами шевелит, мол, скоро вернется и уходит.

Вот так и пропадают нормальные мужики.

Снова обвожу помещение бара взглядом. Вяло сегодня. Даже поохотиться не на кого.

Ерохин возвращается через несколько минут злой как черт:

— Короче, — почесывает затылок, — тут такое дело… — мнется, — пора мне, Илюх, не обессудь. — Ну понятно. Сам, значит, меня выдернул и сам же кидает. — Всю плешь проела зараза, — достает из бумажника пятитысячную купюру и бросает на стол. — Знал бы заранее, чем всё обернется, век бы не женился. Жаль, что нельзя заглянуть в будущее. Ну так без обид? — протягивает руку.