Книга Долго тебя ждала, страница 49 – Мария Летова, Анна Белинская

Бросив взгляд через плечо, не успеваю вглядеться в толпу, потому что парень на сиденье с краю встает, уступая место и отвлекая мое внимание.

— Спасибо… — подталкиваю к сиденью дочь и помогаю на него забраться.

У окна пожилая женщина смотрит в свой телефон. Подаюсь вперед, когда спину задевает чье-то плечо, и хватаюсь за кресло Маруси, чтобы удержать равновесие.

Нам ехать всего пятнадцать минут, это наш почти ежедневный маршрут, но сейчас я теряю ориентацию во времени и пространстве, потому что мысли разбежались в разные стороны.

Глазами обшариваю головы пассажиров, выискивая среди них красную шапку Зотова, все еще не веря, что он вошел в трамвай. Он в паре метров, его невозможно не заметить.

Я не уверена, что он вообще когда-нибудь пользовался общественным транспортом. Возможно, в таком глубоком детстве, что даже этого не помнит.

Марк пробирается вперед, ухватившись рукой за верхний поручень и разбрасываясь извинениями.

С трудом сбрасываю со сгиба локтя сумку и ставлю Марусе на колени, свободной рукой пытаясь откопать в наружном кармане банковскую карту, чтобы оплатить проезд.

— Извините. Черт… Простите…

Марк возникает передо мной через секунду, и я практически утыкаюсь носом ему в грудь, а его ровное дыхание прямо над моей головой.

Зотов провожает мои манипуляции взглядом, когда тянусь рукой к ближайшему валидатору, оплачивая наш с дочерью проезд. Достав из кармана телефон, Марк возится с ним и прикладывает к терминалу, который вспыхивает красным сигналом. Безрезультатно повторив процедуру, бормочет под нос:

— Твою мать…

— Мужчина, вы скоро? — заглядывает ему через плечо недовольная женщина.

Оттолкнув его руку, прикладываю к терминалу свою карту, говоря:

— Не хочу, чтобы тебя вышвырнули прямо на ходу.

— Спасибо. Я не захватил с собой парашют, — раздается над головой его тихий голос.

— Не за что… — убираю карту в сумку.

Его близость нервирует. Пробирает до самой кожи. Забивается под нее, предательски согревая. Ровные невозмутимые интонации его голоса раздражают, ведь в отличии от него, меня раздирают эмоции, и я никогда не умела держать их в узде. В этом и есть разница между нами. Именно эта разница когда-то уравновешивала наши отношения. Даже сейчас, спустя столько лет, они кажутся мне чем-то неповторимым и исключительным. Острые и болезненные грабли, на которые Марк Зотов снова меня толкает своими предложениями.

Давление чужого локтя сзади заставляет прижаться к нему еще плотнее. Протянув руку, Марк упирается ею в кресло Маруси, нависая надо мной и окружая своим большим телом со всех сторон.

— Вы с нами живете? — обращается к нему Маруся.

Ее безобидный вопрос поднимает во мне волну горечи, которая встает поперек горла.

— Мне с вами по пути, — отвечает ей Зотов.

Удовлетворившись его ответом, она роется в моей сумке и достает из нее телефон.

— Мам, можно? — спрашивает, изобразив ангельские глаза.

— Да, — отвечаю суетливо.

Уткнувшись в экран, она грузит одну из своих игр, а я поднимаю глаза, чтобы посмотреть на Зотова.

— Какого черта ты делаешь? — спрашиваю, понизив голос до тихого шипения.

— Я… — он окидывает взглядом трамвай, в котором на голову выше всех пассажиров. — Катаюсь на трамвае.

— Я спрашиваю не про трамвай. Зачем все это?

— А на что это похоже? — смотрит он на меня, опустив подбородок и глаза. — Я пробую за тобой ухаживать. Я чертовски отвык от этого, Аглая. Помоги мне.