Онлайн книга «Идеальные разведенные»
|
Ее тон ровный и сдержанный, она не кричит на меня, не ругает. Но меня настолько пугают ее слова, что моё тело моментально холодеет, и вся я превращаюсь в сплошную ледышку. Ну почему я такая идиотка? Почему я всегда всё делаю неправильно? Что не так со мной? — У вас в анализе повышен уровень ацетона. Пока не критично, но с учетом вашей интоксикации и завышенного СОЭ в крови, — продолжает резать меня без ножа, — пишу вам направление в дневной стационар. Вы поняли меня, Агата? Быстро-быстро киваю и утираю бумажными платочками слезные дорожки. «Это тебе, Игнатова, за твою слабость, за те моменты, когда сдавалась и жалела о беременности», — зудит моя совесть. А сейчас я кладу руку на свой прилипший к спине живот и боюсь. Боюсь потерять эту маленькую живую горошинку. — Агата, — берет меня за руку Татьяна Александровна. Ее руки такие мягкие и нежные, успокаивающие и ласковые, что невольно понимаешь: именно в таких руках должен рождаться ребенок. — Всё хорошо. Возьмите себя в руки. И на будущее: я всегда на связи. А теперь идите, готовьтесь, я вас посмотрю. Я хочу ей верить. Я просто обязана ей верить, что всё хорошо, иначе напрочь свихнусь. Мое врожденное упрямство и приобретенная тупость чуть не угробили моего ребенка и меня саму. *** — Одевайтесь и спустимся в кабинет УЗИ, — , Татьяна Александровна выбрасывает одноразовые перчатки в урну и задумчиво хмурит брови. Что? Зачем? Разве можно столько раз делать это обследование? Это не вредно? Мне не нравится то, что я вижу на ее лице. Потому что в нем я читаю беспокойство. А, значит, не всё хорошо… Страх, который на время меня отпустил, теперь с двойной силой бьет по моим оголенным нервам. — Что случилось? — вскакиваю с кресла и натягиваю белье, аккуратно завернутое в бледно-розовый комбинезон. Руки не слушаются, и я роняю одежду на пол под пристальным вниманием моего врача. — Агата, перестаньте себя накручивать. Все хорошо, — она снова проговаривает эту фразу, слегка грубо, твердо, но убедительно, — мне нужно кое-что проверить. Татьяна Александровна сдержанна и предельно собрана. Она не заискивает передо мной и не многословна, но при этом она располагает к себе, и этой всей своей строгостью внушает доверие. Меня снова встречает темный прохладный кабинет УЗИ, но вхожу я сюда уже зная, что внутри меня растет маленькая горошинка. Я не знаю, что именно хочет проверить Татьяна Александровна, но чувство беспокойства нарастает с каждой новой секундой. Привычно расстилаю свою «счастливую пеленку» и укладываюсь на кушетку. — Марин, здесь в анализе ХГЧ намного выше нормы, и при осмотре размеры матки не соответствуют сроку беременности, глянь, а? — Татьяна Александровна склоняется над сонологом, и очень тихо делится своими наблюдениями, но я все равно слышу. Слышу и нервничаю. Да что ж со мной такое? Почему я не такая, как все? Почему у меня все через одно место? — Папа ювелир? — улыбается женщина-узист. — Что? — поворачиваю голову и вижу, как Татьяна Александровна и врач-диагност хитро переглядываются между собой. — Муж ювелир, наверное? — повторяет свой непонятный мне вопрос женщина. А какое отношение имеет профессия моего мужа к беременности? — Нет, — заикаюсь я и нервно перевожу взгляд с одной женщина на другую, — программист. |