Книга Идеальные разведенные, страница 110 – Анна Белинская

— Ее здесь нет, — повторяет испуганная малышка, — ее в хирургию забрали.

— В хирургию, — пытаюсь переварить информацию, но ни хрена не понимаю.

Сознание подкидывает страшные картинки, но я не готов снова разбиваться, когда только что склеил себя по частям. Я блокирую мысли, в которых прямо сейчас моей жене против воли искусственно прерывают беременность.

Если это произойдет, клянусь, я не прощу себе этого до конца своего никчемного существования.

— Это на два этажа выше.

— Спасибо, солнце, — хватаю девчонку за предплечья и насильно целую в лоб.

Мне навстречу мчится тяжелая артиллерия во главе с Натальей Игоревной и хилым охранником с кричащей русскоязычной надписью на черной спецовке «Секуряти».

— Леон, подождите! — хватает меня за рукав врачиха, а я стряхиваю ее вцепившуюся в меня руку.

Если бы она сообщила мне раньше, как обещала, возможно бы я успел, а сейчас мне приходится лишь молиться и надеяться на благосклонность судьбы.

Взбираюсь по ступенькам, сталкиваясь в пролете с группой студентов.

У меня болит бок справа, и я готов выплюнуть свои легкие. Мышцы на ногах забились, а мокрая одежда неприятно прилипла к разгоряченному телу.

Влетаю в отделение Хирургии и мечусь по сторонам.

Вижу медицинский пост и срываюсь к нему.

Снова собираю на себе опасливые взгляды, будто я ненормальный, сбежавший из психушки. Утираю рукавом джемпера мокрое лицо и приглаживаю растрепанные волосы, чтобы хотя бы немного привести себя в человеческий вид.

— Девушка, Агата Игнатова где? — кладу локти на высокую стойку и заглядываю в кучу бумаг на столе, пытаясь хоть что-нибудь в них разглядеть.

— А вы кто? Здесь нельзя находиться. Тем более в таком виде, — окидывает меня брезгливым подозрительным взглядом, — я сейчас позову охрану. Покиньте отделение, — встает в позу и порывается выйти из-за стойки.

— Девушка, пожалуйста, сюда доставили мою беременную жену. Я не знаю, что с ней, пожалуйста, — преграждаю ей путь.

Я жалок, знаю… Возможно, именно поэтому девушка возвращается обратно и начинает копошится в допотопном компьютере, исчезнувший вид которого можно найти лишь в музее техники и здесь.

— Это та девушка, которую доставили к нам экстренно из гинекологии?

Судорожно киваю и тоже всматриваюсь в мерцающий рябью монитор.

Господи!

Я готов поменять им тут всю аппаратуру и обеспечить полным пакетом программного обеспечения, только помогите!

— Она сейчас в операционной, — пожимает плечами, — больше нет никакой информации.

Сжимаю кулаки и с яростью ударяю по столешнице.

— Где операционная? И, девушка, сразу предупреждаю, вам лучше сказать. Мне больше терять нечего, — угрожающе возвышаюсь над ошарашенной медсестрой.

— Да вы что? Туда нельзя, успокойтесь, пожалуйста.

— Успокоится? Вы себя слышите? Вы предлагаете мне успокоиться, когда моей жене в данную минуту делают принудительный аборт?

Она смотрит на меня, как на умалишенного, и хмурит брови.

— Здесь хирургия, у нас не делают аборты, — проговаривает так, будто сама начинает сомневаться в действительности сказанных слов.

Хирургия…

Только сейчас до меня доходит, что я в Хирургии.

Тогда я вообще ничего не понимаю. Что происходит?

— Я не понимаю. Тогда о какой операции идет речь?

— Не знаю, девушку экстренно же привезли, у меня нет ее истории болезни. Но вы не переживайте, ее оперирует сам заведующий отделением.