Книга Помощница по ошибке, страница 19 – Анастасия Сумеркина

— А если она сбежит прямо сейчас? — резонно заметил Петров.

— Не сбежит, — уверенно сказал Волин. — У неё в глазах такое отчаяние, что она за соломинку ухватится. А я для неё, почему-то мне так кажется, сейчас — соломинка. Посмотрим, что из этого выйдет.

Он вошёл в кабинет, сел в кресло и уставился в окно. Мысли крутились вокруг этой странной девушки. Серая мышь, клерк с нижних этажей, судя по пропуску, который он мельком заметил. Что она делала в холле в такую рань? Почему упала? Почему смотрела так, будто мир рухнул?

Впрочем, какая разница. Если она справится с работой — хорошо. Если нет — он даже не вспомнит её имени через неделю.

Волин открыл ноутбук и углубился в отчёты. Но краем сознания всё время возвращался к этой встрече. К этим глазам. Чистым, испуганным, настоящим. И почему-то ощущал, что она справится.

Интересно, подумал он, сколько таких серых мышей работает в его холдинге? Тысячи? Десятки тысяч? И все они проходят мимо, незаметные, невидимые. А эта вдруг попалась на глаза. Случайно. Или не случайно?

Он тряхнул головой, отгоняя ненужные мысли. Работа есть работа. А через час в приёмной появится эта девушка. И он посмотрит, чего она стоит на самом деле.

А за окном моросил дождь, и серое ноябрьское утро медленно превращалось в такой же серый день.

POV Агата

Агата стояла на коленях в грязной луже посреди холла и смотрела вслед удаляющейся спине Волина. Он даже не обернулся. Просто шагнул в лифт, и двери сомкнулись за ним и Петровым, оставив её одну в окружении разбросанных вещей и любопытных взглядов охраны.

Несколько секунд она просто сидела, не в силах пошевелиться. В голове было пусто. Абсолютно, звеняще пусто. Только одна мысль билась где-то на периферии: «Что только что произошло?»

— Девушка, вы в порядке? — к ней подошёл охранник, молодой парень с сочувственным лицом. — Встать помочь?

Агата моргнула, посмотрела на него, будто видела впервые. Потом перевела взгляд на свои руки, сжимающие мокрое зеркальце, на разбросанные по полу вещи, на мокрые брюки.

— Да, — выдохнула она. — Да, спасибо. Я сама.

Она судорожно начала собирать остатки содержимого сумки — расчёску, проездной, какую-то мелочь. Диплом, слава богу, не выпал, лежал на дне, прикрытый косметичкой. Руки дрожали так, что мелкие предметы выскальзывали, падали снова.

Охранник помог собрать бумаги, подал упавшую туфлю.

— Вам точно нормально? — спросил он. — Может, воды?

— Нет, спасибо, — Агата поднялась на ватных ногах, отряхнула мокрые брюки. — Я в порядке. Правда.

Она отошла к стене, прислонилась спиной к прохладному мрамору и закрыла глаза. Сердце колотилось где-то в горле, в ушах гудело. Надо было прийти в себя. Надо было понять, что делать дальше.

«Через час чтобы были в приёмной на тридцать третьем этаже».

Голос Волина звучал в голове, холодный, не терпящий возражений. Это не шутка. Это реальность. Она, Агата Вершинская, оператор ввода данных, офисный планкион из опен-спейса, должна через час подняться на тридцать третий этаж. К самому Волину. В качестве его помощницы.

— Это безумие, — шепнула она себе. — Полное безумие.

Но часы на стене холла показывали без двадцати девять. Час у неё есть. Нужно успеть: зайти в туалет, привести себя в порядок, успокоиться, понять, что говорить.