Книга Случайная ночь с кавказцем. Скорую вызывали?, страница 15 – Майя Линн

— Ты никуда от меня не уйдёшь, — снова повторяет он властно, почти жестоко. — Я не позволю тебе уйти.

Эти слова больше не пугают меня. Я просто закрываю глаза и принимаю его всего — властного, грубого, сильного, человека, который неожиданно стал для меня тем, кого я уже не смогу забыть или оставить.

Я уже не боюсь. Больше нет страха и сомнений. Теперь есть только он, его уверенность, его сила и эта безумная, неконтролируемая связь между нами, от которой невозможно отказаться.

10

Мурад

Она стоит передо мной, тихая, немного растерянная, с напряжением в глазах, и я чувствую, как внутри снова вспыхивает тот самый огонь, который впервые почувствовал рядом с ней в ту безумную ночь. Она молчит, но в её взгляде есть нечто, что сводит меня с ума: смесь испуга, осторожности и откровенного желания, которое она сама ещё не готова признать.

Я шагаю ближе, почти вплотную, и осторожно беру её лицо в ладони, заставляя поднять взгляд. Глаза огромные, тёмные, полные смятения и ожидания. Я медлю всего секунду, изучая её реакцию, а потом жадно накрываю её губы своими. Она вздрагивает от неожиданности, слегка упирается ладонями мне в грудь, словно пытается отстраниться, но я чувствую, что это только видимость сопротивления. Уже через секунду она мягко поддаётся, губы её приоткрываются, дыхание сбивается, и она сама отвечает на поцелуй, притягивая меня ближе.

От осознания, что она тоже этого хочет, я теряю остатки самоконтроля. Три недели, в течение которых я не мог думать ни о ком, кроме неё, три недели, когда каждый вечер пытался отвлечься, забыть её, стереть её образ из памяти, теперь накрывают меня с удвоенной силой. Я целовал других женщин, пытаясь заменить ею кого-то другого, но каждый раз, закрывая глаза, видел только Настю. Сейчас, прижимая её к стене и ощущая тепло её тела, понимаю, насколько тщетны были все попытки избавиться от этой зависимости.

— Ты свела меня с ума, Настя, — произношу хрипло ей в губы, едва отрываясь. — Я не мог ни есть, ни спать, ни думать ни о чём другом. Только о тебе.

Она снова вздрагивает, но уже не сопротивляется, не пытается вырваться. Её ладони скользят вверх по моей спине, пальцы цепляются за воротник рубашки, притягивая ещё ближе, и я уже не могу сдерживаться. Резко подхватываю её на руки, иду в спальню, почти бегом, словно боюсь, что она вдруг снова исчезнет.

Опускаю её на кровать и нависаю сверху, не отрывая взгляда от её лица. Её щёки слегка покраснели, губы припухли от моих поцелуев, глаза блестят — и в этом взгляде уже нет испуга, только ожидание и доверие. Она смотрит на меня так, будто сейчас я — единственный, кто существует в её мире.

Стягиваю с неё одежду торопливо, нетерпеливо, стараясь быстрее добраться до кожи. Она помогает мне сама, приподнимая бёдра, позволяя освободить её от всего лишнего. Когда она остаётся совсем голой, я на мгновение замираю, вглядываясь в неё, как будто хочу навсегда запомнить каждую линию, каждый изгиб её тела.

Наклоняюсь и прижимаюсь губами к её шее, ощущая, как она замирает подо мной, а потом тихо выдыхает, раскрываясь навстречу моим прикосновениям. Целую её плечо, спускаюсь ниже, захватываю губами сосок, чувствуя, как она прогибается и судорожно втягивает воздух. Её пальцы цепляются за мои волосы, прижимая меня сильнее, и я понимаю — она горит так же, как и я, она уже готова к тому, чтобы полностью отдаться этой страсти, забыть обо всём остальном.