Книга Случайная ночь с кавказцем. Скорую вызывали?, страница 14 – Майя Линн

— Как это может быть хорошо? — я поворачиваюсь к нему, стараясь сдержать слёзы.

Мурад осторожно берёт меня за руку, его ладонь большая, горячая и уверенная.

— Потому что теперь ты не одна.

— Почему ты это делаешь? — спрашиваю я, почти шёпотом.

Он смотрит в мои глаза, и от этого взгляда у меня перехватывает дыхание.

— Потому что теперь ты моя женщина. Ты и мой ребёнок — вы принадлежите мне. Я никому не позволю вас обидеть.

Его уверенность и сила проникают внутрь меня, и я впервые чувствую, как страх отступает, растворяясь в тепле его рук.

— Но мы даже не знаем друг друга, — выдыхаю я, пытаясь справиться с волнением.

— У нас будет время, Настя, — голос Мурада становится мягче, глубже, его пальцы легко касаются моей щеки. — Главное, ты со мной. Теперь я буду за тебя бороться.

Я молчу, позволяя себе впервые почувствовать защищённость, которой давно уже не испытывала. Впервые я не одна, впервые кто-то стоит рядом так уверенно, что от этого кружится голова.

* * *

Мы подъезжаем к его дому, он паркует машину и, выйдя, открывает мне дверь. Я нерешительно выхожу, чувствуя, как ноги слегка дрожат. Он берёт мою руку и ведёт к подъезду. Поднимаемся в квартиру, и я снова оказываюсь в том самом месте, где потеряла контроль над собой.

Я останавливаюсь у порога, не зная, что делать дальше. Сердце снова колотится в груди, ладони становятся влажными от волнения. Мурад закрывает дверь, и я резко поворачиваюсь, чтобы что-то сказать, но он уже совсем рядом. Его глаза темнеют, взгляд становится напряжённым, голодным, словно он только и ждал момента, когда мы останемся одни.

— Ты хоть понимаешь, как долго я тебя искал? — произносит он низко, почти хрипло, сжимая моё лицо в ладонях.

Я не успеваю ответить — он целует меня грубо, резко, требовательно. Его губы буквально впиваются в мои, лишая возможности думать. Я инстинктивно упираюсь в его грудь ладонями, но он только сильнее притягивает меня к себе.

— Ты сводишь меня с ума, — шепчет он прямо в губы, сжимая мои плечи, словно боится, что я исчезну. — Никогда не испытывал такого к женщине…

Я пытаюсь что-то сказать, но вместо слов только вздох, который он тут же глушит новым поцелуем. Его руки властно и уверенно снимают с меня одежду, не давая даже времени опомниться. В каждом его движении чувствуется какая-то яростная решимость и желание, перед которым я снова не могу устоять.

Он буквально заносит меня в спальню, кладёт на кровать и оказывается сверху. В его взгляде нет нежности — только дикое, неукротимое притяжение, которое словно лишает его разума.

— Теперь ты только моя, — шепчет он жёстко, глядя мне прямо в глаза. — Ты и мой ребёнок принадлежите только мне. Я никому не позволю вас отнять.

Я не спорю, не сопротивляюсь, уже не в силах остановить то, что происходит между нами. Всё моё тело откликается на него, предавая меня, заставляя забыть о стыде и страхе. Я сама притягиваю его ближе, подчиняясь его силе и воле, чувствуя, как растворяюсь в нём без остатка.

Он снова целует меня, требовательно и глубоко, и я впервые понимаю, что больше не хочу бороться с собой. Я отдаюсь ему полностью, принимая то, что он уже решил за нас двоих. И больше не чувствую себя виноватой или потерянной — только бесконечное облегчение от того, что наконец-то кто-то другой взял на себя ответственность за меня и моего ребёнка.