Книга Бывшие. (не)нужная наследница для миллиардера, страница 32 – Ксения Маршал

История, древняя как сам этот мир. Юная студентка, уехавшая покорять столицу и вернувшая домой с животом. Кажется, тот мужчина, язык не поворачивается называть его отцом, был женат. Я пошла по стопам матери и практически точь-в-точь повторила ее судьбу. Но прямо сейчас хотя бы у моей дочки есть небольшой шанс выбраться из этого порочного круга. Так что всем сердцем желаю ей обрести отца, какие бы конфликты и обиды между нами с Арсеньевым не стояли. Они не стоят счастья Вики.

Ради нее я готова похоронить все претензии глубоко-глубоко и позволить Глебу принимать участие в жизни нашей крохи. Даже несмотря на откровенно брезгливое отношение к нам его матери. Ведь на фамилию Арсеньева и признание мы не претендуем. Пускай рожают себе правильных наследников от правильных женщин, нам с Викой этого не нужно. А вот общение с отцом я готова дочке обеспечить.

— Мои люди проверят твои слова, – бросает он, возвращаясь на кухню.

Жму равнодушно плечами. Мне скрывать нечего. Повисает удушливая тишина. Настолько вязкая, что хочется открыть окно. Но я теперь не могу. Практически ничего сама не могу, даже ухаживать за дочерью! Глеб не сводит с моего лица своих ярких глаз. Как помешанный на своем деле исследователь ведет наблюдение и не желает упустить ни единой детали. Все мое тело напрягается, натягивается как струна.

— Покажи мне свои соцсети, – прочистив горло, наконец просит он, прерывая этот странный контакт.

Качаю головой отрицательно.

— Я их не веду больше, – бросила ровно в тот момент, когда оказалась выброшенной на берег с престижного корабля их семейки. Закрылась от собственного прошлого, думая, что так будет легче пережить случившуюся драму. – И пароли не вспомню уже. Можешь сам попробовать найти странички в интернете.

— Я понял, – кивает Глеб. Снова молчание. Мы смотрим друг на друга, растерянные и не знающие, что дальше.

— Поедешь уже? – на этот раз я первая прерываю тишину. – У тебя много дел, наверное…

— У вас с Викой есть кто-то, кто может прийти и помочь? Может, няня? – интересуется вместо ответа Арсеньев. Ловит мой нервный смешок, недовольно вспыхивает, чуть прищурившись.

— Конечно! – с преувеличенной бодростью говорю я. – И няня, и водитель, и чистильщик бассейнов. В нашем маленьком городе все так живут! Иди, Глеб, – тут же сдуваюсь, отпуская напускную браваду. – Мы справимся.

Арсеньев чему-то хищно улыбается.

— Ты сама развязала мне руки, Лер-ра. Я остаюсь, – заявляет он.

— Нет!

— А ты прогони, – хмыкает, складывая руки на широченной груди. Хватаю губами воздух, борясь с возмущением и подбирая слова, чтобы высказать Арсеньеву все, что думаю. Он в это время подходит и проводит согнутым указательным пальцем по моей щеке. – Ты сама пришла работать в мою кофейню, считай – прямиком ко мне в руки. Принимай теперь последствия.

Он так близко, так откровенно наступает, что я начинаю чувствовать себя дичью, на которую опытный хищник открыл охоту. В груди словно кучу углей разворошили. Обжигающе горячо и искрит.

— Зачем тебе это? – шепчу и практически вижу, как мое дыхание касается губ Глеба. Он не отстраняется, а даже едва заметно подается вперед.

— Собираюсь наверстать то, чего меня лишили.

«Это он про Вику! Только про Вику!» – твержу себе мысленно, запрещая даже думать о том, что еще бы могли значить его слова.