Книга Идеальная жена, страница 35 – Линси Сэндс

Вспомнив, как ему было стыдно во время купания, он хмуро уставился на полотенце. Собственная мать мыла его, точно младенца! Какое унижение! Впрочем, мать это как будто нисколько не смутило. Она просто закатала рукава и принялась за дело – будто купала одну из своих собак в замке Джервилль. Потом приказала сыну встать из ванны, быстро вытерла, обернула ему бёдра полотенцем и отправила в спальню.

При этом воспоминании Паэн покачал головой, затем взглянул на валяющееся на полу полотенце. Было ясно, что он никоим образом не способен поднять этот несчастный кусок ткани и обмотаться им снова. Он попинал полотенце пальцами ноги, прикидывая, нельзя ли подцепить его носком и поднять на достаточную высоту, чтобы повесить на одну из перебинтованных рук. Затем, разумеется, придётся как-то исхитриться, чтобы в конце концов обмотать его вокруг пояса…

Кого он пытается обмануть? Паэна охватило раздражение. Ему ни за что не обернуть полотенце вокруг талии этими руками. Как ни неприятно сознавать, но он нуждается в помощи. Нужно позаимствовать у кого-то одежду и заручиться чьей-нибудь помощью, чтобы её на себя надеть.

Будь здесь жена, он бы попросил её помочь, и дело бы разрешилось. Но её с ним не было – вот ещё один повод поговорить с нею, чтобы впредь не покидала спальни прежде, чем встанет он.

Разозлившись снова – теперь из-за отсутствия жены, – Паэн подошёл к двери в надежде, что родители ещё у себя и сумеют прийти ему на помощь. Пришлось немало повозиться, чтобы поднять щеколду, но в конце концов он её одолел и вышел в коридор. Паэн был уже на полпути к комнате в противоположном конце коридора, которую отвели его родителям, когда отворилась дверь напротив, и в коридоре появились лорд и леди Стротон.

Паэн остановился как вкопанный – так же, как и пожилая чета. Некоторое время все трое стояли, застыв на месте; его новые родственники – с разинутыми ртами, он – уронив руки и крепко прижав к бокам. Затем отворилась дверь комнаты родителей, и в коридор вышел Уимарк Джервилль. При виде отца Паэн недовольно хмыкнул, привлекая внимание отца.

— Сын! – взревел лорд Джервилль. Его взгляд метался между обнажённым сыном и четой Стротон. – Какого чёрта ты торчишь тут с голой задницей?

Паэн, вздохнув, покачал головой и вдруг замер, когда заметил распахнутую настежь дверь комнаты Авелин. Он с удивлением отметил, что ущерб, причинённый пожаром, был не так велик, как ему казалось прошлой ночью. Горело главным образом там, где стояла кровать. Когда его уводили, в комнате ещё стоял густой дым, поэтому он решил, что комната выгорела начисто. Он ошибался.

В нём пробудилась надежда, что его сундук, возможно, также избежал печальной участи сгореть в огне. Паэн повернулся и бросился в комнату Авелин, забыв о тех троих в коридоре, пока не услышал, как отец рассыпается в извинениях от его имени.

Не обращая внимания, Паэн стал осматривать комнату в поисках своего сундука. Все надежды покинули его в тот момент, когда он увидел обугленный остов. Крышка сундука исчезла; остались почерневшие стенки и дно, а на дне – чёрные уголья. Искать здесь было нечего, со вздохом понял он. Его взгляд пробежал по закопчённым остаткам того, что вчера ночью было его одеждой. В отчаянных попытках побороть пламя он схватил тогда штаны и тунику и бил ими по огню. Теперь на полу возвышались две жалкие обгоревшие кучки.